Я с симпатией отношусь к Довлатову, человек с юмором и, видимо, неплохой, поэтому мне грустно было читать сборник его рассказов "Наши". Сразу после приезда Довлатова в США Бродский организовал ему публикацию десяти рассказов в престижнейшем журнале The New Yorker. Такой шанс в жизни писателя бывает только раз, по сути это сюжет как с Дикообразом в "Сталкере" - покажи себя, публика взвесит тебя и воздаст, короче, надо выложится по полной... И Довлатов "выложился" - написал сборник несмешных выдуманных хохм, якобы про свою родню, дедов, дядей, братьев и жен. С сотрудниками "KGB" как, якобы, бытовом явлении в СССР, усмешками над Брежневым, комсомолом и партией (надо сказать все это в меру). Для удовольствия западных читателей даже гибель офицера под колесами машины своего пьяного родственника изобразил как забавное происшествие. Все это на уровне среднего советского фельетониста - но в самом конце рассказа Довлатов словно спохватывался - "Господи, я же не в "Крокодил" пишу, а в The New Yorker - и приделывал к своим скетчам натужные "философские" финалы, например - "Тетка ошиблась. Жизнь подходила к концу. Исправить опечатки было невозможно…" ЗЕ ЕНД. Короче, вышел уровень "Поминальной молитвы" - понял это Дикообраз-Довлатов и повесился-запил.