kirovtanin (kirovtanin) wrote,
kirovtanin
kirovtanin

Category:

Василий Гроссман "Жизнь и судьба"

Его эпическая трилогия "Степан Кольчугин" была перед войной вознесена критикой и приравнена к "Поднятой целине", повесть «Народ бессмертен» (1942) была переиздана во время войны 20 раз. Его трилогия была экранизирована в 1957 году, в 1959 году на мемориале Мамаева кургана были выбиты именно его слова из очерка «Направление главного удара»: «Железный ветер бил им в лицо, а они всё шли вперёд, и снова чувство суеверного страха охватывало противника: люди ли шли в атаку, смертны ли они?». Его роман 1952 года "За правое дело" про начало Сталинградской битвы, был (это признают все) написан "под Толстого" - с десятками персонажей, описанием широкими мазками исторических фигур и философствованием в стиле эпилога "Войны и мира". Правда из романа все в один голос просили убрать пустую философию а Твардовский оскорбительно соглашался печатать в своем журнале только "военные" главы (а это лишь 1/10 часть романа) - тем не менее, по тем временам Гроссман был без пяти минут классиком соцреализма, амбициозен, провел всю войну близко к передовой и накопил огромный фактический материал - он мог в условии хрущевской оттепели написать великий роман про войну.
Но не написал, увы три раза.

Он видел войну вблизи - но его мать расстреляли нацисты, его жену арестовывало НКВД и видимо в его сознании сравнялось: война, холокост, 37 год, потом еврейский национализм все перевесил, увлек за собой репрессии и оставил войну на задворках романа. Гроссман, возможно сомнабулически, начал писать и написал не "второй том "Войны и мира", не окончание романа про Сталинградскую битву, а про то, что жгло его сердце - всесторонне исследование всех форм антисемитизма от бытового до нацистского, с войной в качестве триггера. И я бы не стал его обвинять: если нам "2 мая" застило всю будущую и прошлую историю украинцев, так почему же Гроссману еврейское "2 мая" умноженное на 10000 не могло застить историю русских и их войну?

Нет, потрясение от холокоста, хрущевская свобода, чисто еврейские безоглядные амбиции - все это некстати совпало и мы остались без великого романа, возможно равного некрасовской повести. Что же вышло взамен? Чистый сюрреализм: роман, с одной стороны совершенно непроходной (ставил советскую власть на одну доску с нацизмом), с другой стороны 100% на еврейскую тему и все это под вывеской романа про Сталинградскую битву! Из всей дилогии советую прочитать только рассказ про сентябрьский штурм немцев и гибель батальонов Родимцева (главы 38-46 третьей части "За правое дело").

(Вот, кстати, образчик "про войну" из "Жизни и судьбы": "Нужно ли продолжать рассказ о сталинградских генералах после того, как завершилась оборона? Нужно ли рассказывать о жалких страстях, охвативших некоторых руководителей сталинградской обороны? О том, как беспрерывно пили и беспрерывно ругались по поводу неразделенной славы. О том, как пьяный Чуйков бросился на Родимцева и хотел задушить его потому лишь, что на митинге в честь сталинградской победы Никита Хрущев обнял и расцеловал Родимцева и не поглядел на рядом стоявшего Чуйкова.
Нужно ли рассказывать о том, что первая поездка со святой малой земли Сталинграда на большую землю была совершена Чуйковым и его штабом на празднование двадцатилетия ВЧК-ОГПУ. О том, как утром после этого празднества Чуйков и его соратники едва все не утонули мертвецки пьяными в волжских полыньях и были вытащены бойцами из воды. Нужно ли рассказывать о матерщине, упреках, подозрениях, зависти").
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 16 comments