Флобер говорил Тургеневу, что первый том "Войны и мира" очень хорош, второй - плох. Думал, что это он как француз говорит, во втором томе одна несчастная для них война плюс карикатура на Наполеона и пресловутая толстовская историософия. Прочитал - и правда, второй том словно Боборыкин, лишь крепкая беллетристика (исключение - описание смерти князя Андрея, да и она - лишь случайный всплеск на фоне "первого бала Наташи" и "охоты Ростовых"). Не справился Лев Николаевич с "войной", видимо слишком понадеялся на личный опыт в Севастополе, не включился по полной, дописывал роман.