kirovtanin (kirovtanin) wrote,
kirovtanin
kirovtanin

Categories:

Выстрел Войницкого


Читаю критику современников Чехова - общее недоумение: "Почему дядя Ваня стрелял в Серебрякова, да еще два раза, что он ему сделал?" По логике "внешней" жизни, ничего особенного не сделал ему профессор, но давно уже сказано, что герои Чехова живут внутренней жизнью, там бушуют бури, а герои ходят, "посвистывают" и говорят.
В своей "внутренней" жизни Дядя Ваня, находясь под влиянием Серебрякова, совершил преступление против себя ("пропала жизнь!") - как Смердяков под влиянием Ивана Карамазова совершил преступление - убийство. Войницкий, по логике, должен был как Смердяков самоубиться, но после "Иванова", "Чайки" третье самоубийство героя в пьесах Чехова было бы моветоном, попытка самоубийства тоже была (в "Чайке") кроме того разговоры о нем были припасены для последнего действия.

Кстати о нем: именно потому, что оно тихое, раздумчивое - перед ним должен быть всплеск эмоций, катарсис (не случайно же такую структуру финала применил Михалков в своей компиляции-экранизации по чеховским мотивам).
Итак, нужен "всплеск", но самоубийство недопустимо, попытка тоже, убить Серебрякова совершенно невозможно, публика этого совершенно не поймет, да и пьесу перевернет бог весть куда - что же остается? Попытка убийства, причем более-менее реальная а не размахивание револьвером в ожидании когда тебя скрутят. Мда... В прозе, безусловно, Чехов бы что нибудь придумал изящное для катарсиса, а для сцены, да еще тех лет, у него просто не было выбора.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment