kirovtanin (kirovtanin) wrote,
kirovtanin
kirovtanin

Category:

Пастернак - переводчик

Пастернак о своих принципах перевода (в том числе и "Гамлета"):
"Единственно, в чем мы, современные переводчики, отличаемся от старых переводчиков, это в пресловутой эквилинеарности. Старый перевод Шекспира был дальше от Шекспира, чем наш. Переводчики давали несвойственное Шекспиру добродушие, не очень торопливую речь..."
"Я совершенно отрицаю современные переводческие воззрения. Работы Лозинского, Радловой, Маршака и Чуковского далеки мне и кажутся искусственными, неглубокими и бездушными. Я стою на точке зрения прошлого столетия, когда в переводе видели задачу литературную, по высоте понимания не оставлявшую места увлечениям языковедческим".
"Идея буквального перевода представляет хроническое, постоянно изживаемое и постоянно возвращающееся заблуждение".
"Ритм Шекспира - первооснова его поэзии. Размер подсказал Шекспиру часть его мыслей, слова его изречений. Ритм лежит в основании шекспировских текстов, а не завершительно обрамляет их. Ритмическими взрывами объясняются некоторые стилистические капризы Шекспира".
"Попытка сделать ритмическую комбинацию из всех слов подстрочника уже произведена, и ее не стоит повторять. Из этого надо сделать русские стихи, так я понимаю свою задачу".

Сравним Пастернака со "старыми переводчиками".
Вот перевод Кронеберга монолога Гамлета из сцены второй первого акта:
"...О если б вы, души моей оковы,
Ты, крепко сплоченный состав костей,
Ниспал росой, туманом испарился;
Иль если б ты, судья земли и неба,
Не запретил греха самоубийства!
О боже мой! О боже милосердный,
Как пошло, пусто, плоско и ничтожно
В глазах моих житье на этом свете!
Презренный мир, ты - опустелый сад,
Негодных трав пустое достоянье.
И до того должно было дойти!
Два месяца: нет, даже и не два,
Как умер он - такой монарх великий,
Гиперион в сравненье с тем Сатиром.
Так пламенно мою любивший мать,
Что и небес неукротимым ветрам
Не дозволял лица ее касаться!
Земля и небо, должен ли я вспомнить,
Она ему была так предана;
Ее любовь, казалось нам, росла
Со счастием любви - и через месяц...
Покинь меня, воспоминанья сила!
Ничтожность, женщина, твое названье!

Вот тот же самый отрывок у Пастернака:

"...О если б этот грузный куль мясной
Мог испариться, сгинуть, стать росою!
О если бы предвечный не занес
В грехи самоубийства! Боже! Боже!
Каким ничтожным, плоским и тупым
Мне кажется весь свет в своих затеях.
Глядеть тошнит! Он одичалый сад,
Где нет прохода. Низкий, грубый мусор
Глушит его. Зайти так далеко!
Два месяца, как умер. Двух не будет.
Такой король заправский. Рядом с тем,
Как феб с сатиром. До того ревниво
Любивший мать, что ветрам не давал
Дышать в лицо ей. О земля и небо!
Что поминать! Она к нему влеклась,
Как будто голод рос от утоленья.
И что ж, чрез месяц... Лучше не вникать!
О женщины, вам имя - вероломство!"
-----------
Не знаю что сказать. Немирович-Данченко увлекся этим переводом, Смоткуновский не хотел его использовать в фильме, многие считали шарлатанством.
Склоняюсь, что здравая мысль "обновления" Шекспира для повышения сценичности была испорчена неталантливым исполнением Пастернака как бы кощунственно это не звучало.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments