kirovtanin (kirovtanin) wrote,
kirovtanin
kirovtanin

Categories:

Розанов о Мережковском

Дмитрий Быков:
«Мне хотелось бы думать, что я как-то, с поправкой на масштаб эпохи, наследую Мережковского, любимого моего писателя и мыслителя. Выше его трилогии „Царство зверя” и романа „Иисус Неизвестный” ничего в тогдашней прозе просто не было. Как исторический романист он значительнее всех в русской литературе, а публицистику 1907—1917 годов можно издавать как сегодняшнюю, не меняя ни буквы. Мне хотелось бы считать себя его реинкарнацией. Но это только метафора. Просто в сходных обстоятельствах, циклически повторяющихся в России каждый век, формируются сходные типажи. Дай Бог удержаться в старости, если доживу, от дружбы с каким-нибудь новым Муссолини».

Розанов:
"Помню, однажды, в сумерках вечера, попрощавшись с г-ном Мережковским на улице, я отыскал себе извозчика, и когда затем, нагнав его, идущего по тротуару, вторично ему поклонился, то с высоты пролетки следя за его сутуловатою, высохшею фигуркою, идущею небольшим и вдумчивым шагом, без торопливости и без замедления, «для здоровья и моциона», я подумал невольно: «так, именно так, — русские никогда не ходят! ни один!!» Впечатление чужестранного было до того сильно, физиологически сильно, что я, хотя и ничего не знал о его роде-племени — но не усомнился заключить, что так или иначе, в его жилах течет не чисто русская кровь. В ней есть несомненные западные примеси; а думая о его темах, о его интересах — невольно предполагаешь какие-то старокультурные примеси. Что-нибудь из Кракова или Варшавы, может быть из Праги, из Франции, через прабабушку или прадеда, может быть неведомо и для него самого, но в нем есть. И здесь лежит большая доля причины, почему он так туго прививается на родине, и так ходко, легко прививается на Западе. ... Он долгое время из всей России знал только Варшавскую жел. дорогу, по которой уезжал за границу, да еще одно-два дачных места около Петербурга, где отшельнически, без разъездов по сторонам, проживал лето. Когда я его впервые узнал лет семь назад, он и был таким международным воляпюком, без единой-то русской темки, без единой складочки русской души".
------
Удивительно - как можно "любить Мережковского", обезжиренное молоко, хотя пытался.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 17 comments