?

Log in

No account? Create an account

Бродский о Россеюшке

Назидание (1987)

"Путешествуя в Азии, ночуя в чужих домах,
в избах, банях, лабазах -- в бревенчатых теремах,
чьи копченые стекла держат простор в узде,
укрывайся тулупом и норови везде
лечь головою в угол, ибо в углу трудней
взмахнуть -- притом в темноте -- топором над ней,
отяжелевшей от давеча выпитого, и аккурат
зарубить тебя насмерть. Вписывай круг в квадрат.

...III
Всегда выбирай избу, где во дворе висят
пеленки. Якшайся лишь с теми, которым под пятьдесят.
Мужик в этом возрасте знает достаточно о судьбе,
чтоб приписать за твой счет что-то еще себе;
то же самое -- баба. Прячь деньги в воротнике
шубы; а если ты странствуешь налегке --
в брючине ниже колена, но не в сапог: найдут.
В Азии сапоги -- первое, что крадут.

...V
Не откликайся на "Эй, паря!" Будь глух и нем.
Даже зная язык, не говори на нем.
Старайся не выделяться -- в профиль, анфас; порой
просто не мой лица. И когда пилой
режут горло собаке, не морщься. Куря, гаси
папиросу в плевке. Что до вещей, носи
серое, цвета земли; в особенности -- белье,
чтоб уменьшить соблазн тебя закопать в нее".

Comments

ну он то в отличии от вас пожил в Русской Деревне.
"Самое лучшее время в жизни" об этом сказал - и написал такие стихи для иностранцев
Так одно другому не мешает, если вдуматься.
Да и жил он там 1,5 года каждую почти неделю визитеру, три раза в Питер съездил. Тьфу - любой городской кто в армии служил это скажет. Знаток жизни выискался. "Ложись в углу, там труднее топором зарубить" Или от пьяного медведя отбиться...
Эк разошлись-то, речь ведь не о том, что его кто-то вбивал, речь о том, что он пребывал в деревенском информационном поле, ко всех этих рассказах, и обсуждениях, кто кого топором, главное обсуждения этого как нормы, повседневности.
Защищаете подлеца, отбросив здравый смысл.
И кто Вы после этого?
масквич?
Писатель методичек.
не, просто банальный дурачок... Бывает.
Я был в информационном поле отсидевших с такими историями, что Солженицын отдыхает. И строить на этом спустя 30 лет советы как жить в Россиюшке - на данных этого информационного поля - счел бы абсурдом даже для поэзии. Самая настоящая клюква, очевидно же
"И строить на этом спустя 30 лет советы" - как гойворицо "эта пять".
Афтар выдал вполне себе качественную мамлеевщинку, причём "основанную на реальных событиях". Именно как мамлеевщинку и прочие рассказы о деревне вурдалаков и следует это воспринимать. Впрочем пока хохлосрач не отпустит адекватного восприятия от русских ждать не приходиццо.
Говорят, в Нью-Йорке приезжим советуют всегда иметь при себе двадцатку наличными. На всякий случай. Во многих городах отговаривают посещать те или иные районы. Тоже себе повседневность.
Ага, и поэтому для западного слушателя это чтот типа - ин да гетто.

Кстати история подобного жанра в руслите интересна: сначала он был, Гиляровский "трущёбные люди", Глеб Успенский "Растеряева улица" ещё много чего о "чреве Парижа", НО после революции в литературе, да и в музыке и вопче в культурке, восторжествовал дворянский дискурс, с его балами и прочим гламуром (того же Достоевского и Есенина допустили к читателям уже в 60е), и получилось что литературка отдельно а жанр о "чреве" отдельно, в то время как Бродский более включонный в западную, чем в совецкую литературную традицию видел место этого жанра по другому, ну а проживание в деревне.ру добавило деталек вроде "Эй, паря".

Edited at 2014-07-31 06:03 am (UTC)
На основе сказок, собранных Афанасьевым, можно получить ещё более причудливое представление об азиатской (русской) деревне, но никто не составляет по ним кодекса поведения.
К тому же поселение для ссыльных (хоть и совмещённое с уже бывшим там до того населённым пунктом) – вряд ли является эталонным признаком любого русского села.
Это не "кодекс поведения" - это типовое повествование формата "чрево Парижа", "деревня вурдалаков" и прочего.
"Шокирующая Азия"? Если б он написал о посёлке ссыльных, а не об Азии, может быть я бы и согласился. Проблема в том, что это можно объяснить мне, Вам, тем, кто хоть поверхностно знает предмет (азиатскую/русскую деревню). Для других же это будет не типичное повествование, а типичное описание. И население тех мест будет восприниматься соответственно.
Ата и тентакли ползущие к японским школьницам.
Брателло, как всегда,упрям и мудаковат.
Вот уж рассказов у него, как у Бродского про пьяных медведей и остальную фауну на двух ногах
Человек не понимал и сильно не любил русскую деревню, а заодно и все русское вообще - вот и писал клюкву-страшилки.

Зато себя изображал элитарием, и непременно с рабами, которые вынуждены внимать откровениям этого элитария.
Для меня Бродский кончился вот после этого стихотворения:

Заунывное пение славянина
вечером в Азии. Мерзнущая, сырая
человеческая свинина
лежит на полу караван-сарая.
Тлеет кизяк, ноги окоченели;
пахнет тряпьем, позабытой баней.
Сны одинаковы, как шинели.
Больше патронов, нежели воспоминаний,
и во рту от многих "ура" осадок.
Слава тем, кто, не поднимая взора,
шли в абортарий в шестидесятых,
спасая отечество от позора!

Вот просто не могу его воспринимать после этого, хотя раньше что-то нравилось. Для меня все-таки гений и подобное мелкое злодейство на потребу дня несовместимы.
Да, это известное, про Афган. Пидорас он и есть пидорас.