November 5th, 2020

Роль брусиловского прорыва в февральской революции

Продолжаю читать военные дневники Николая Второго и не перестаю поражаться. Оказывается, в 1916 году, с мая по октябрь он ровно пять месяцев провел в ставке! в Могилеве, безвыездно, оставив "Алекс" на хозяйстве в столице (она к нему четыре раза приезжала с детьми). Явно в связи с Брусиловским прорывом, подставляясь под лучи его успеха и славы. А в Петрограде за это время вызрели три-четыре заговора, приведшие к Февралю...

(И до мая пять раз ездил в ставку в среднем на две недели, и в ноябре уезжал из Петрограда ровно на месяц, и в декабре снова уехал, и, если бы не убийство Распутина, бог знает когда бы вернулся. Снова уехал в конце февраля 17-го и вернулся в столицу уже низложенным пленником).

Перед войной - восемь месяцев в Крыму, перед революцией - шесть в Могилеве, где он был никому не нужен. Вся его "работа" там заключалась в выслушивании докладов, чтении бумаг и принятии смотров. Опять, как в Крыму, читал английские романы ("запоем"), много гулял, играл в кости, домино и даже... в прятки!

Чтение по теме



"Если сейчас заткнут Трампа, то голоса миллионов республиканцев и консерваторов уже никто никогда не услышит. Второго Трампа никто из истеблишмента и глубинного государства уже не допустит".

Интересная книга, надо бы перечитать, она у меня где то лежит.

Венский анекдот



«Когда федеральный канцлер Австрии Дольфус был убит в 1934 году, его преемником на этом посту стал Курт фон Шушниг, позднее заключенный в концентрационный лагерь по приказу Гитлера.[10] В то время канцлер потерял в автокатастрофе жену и жил вдовцом. Госпожа Дольфус была вдовой и жила на государственную пенсию. Поскольку австрийские финансы хронически находились в плачевном состоянии, в голову министра финансов пришла великолепная идея: Шушниг должен жениться на госпоже Дольфус. Таким образом, можно было убить двух зайцев: овдовевшие люди нашли бы свое счастье, а государство сэкономило бы на пенсии, выплачиваемой госпоже Дольфус. Предложение было с воодушевлением одобрено кабинетом министров; единственным членом кабинета, который испытывал сомнение, оказался Шушниг. Все остальные настаивали, чтобы он обдумал этот вариант. Некоторое время спустя он отправился с визитом к госпоже Дольфус.
Он изложил ей все доводы, но госпожа Дольфус сначала даже не пожелала слышать о такой идее. Она сказала, что так привыкла к своему мужу, что ей будет трудно жить с другим человеком. Ее муж и Шушниг на самом деле были совершенно разными даже внешне. „Мой муж был невысок, носил прическу ежиком, и глаза его всегда были вытаращены, — сказала она. Затем добавила: — А вы высокого роста, ваши волосы гладко зачесаны назад, а глаза на обычном месте. Нет, я не смогу привыкнуть к вам“.
После таких слов Шушнигу только оставалось вернуться в кабинет министров и доложить, что он потерпел поражение. Все члены кабинета оплакивали крушение такого отличного плана, больше всех был огорчен министр финансов. Когда министры принялись обсуждать другие варианты, кто-то вспомнил про старого венского раввина, известного своей мудростью. Он-то и предложил, чтобы Шушниг отправился за советом к этому раввину.
Раввин некоторое время молча обдумывал проблему, а затем сказал: „Проведите всеобщие свободные выборы“.
„Выборы? — переспросил Шушниг. — Но что общего имеют выборы с моей проблемой?“
Но старый еврей стоял на своем и повторил: „Проведите выборы. Когда они закончатся, вы увидите, что вы маленького роста, что ваши волосы стоят торчком, а глаза вылазят из орбит“».