September 3rd, 2020

Тетка без комплексов

Пелевин
"– Меркель? Я ее уважаю. Современная тетка, не стеснялась включать вибратор на полную мощность в любой момент, когда ей приходило в голову…
Я даже не поняла этой фразы, пока Со не объяснила, что Тим говорит о случаях, когда на немецкую бундесканцлерин нападала трясучка во время протокольных встреч".

Конец "Навального"

Ибсен "Пер Гюнт"

Пуговичник
Скажите! Вот удача! Ты-тот самый
Пер Гюнт, за кем я послан.
Пер Гюнт
Послан ты?
Зачем?
Пуговичник
Я пуговичник; видишь ложку?
Пора тебе в нее.
Пер Гюнт
С какой же стати?
Пуговичник
Расплавить надобно и перелить
Тебя, мой друг!
Пер Гюнт
Расплавить?
Пуговичник
Да, вот ложка –
Очищена; лишь за тобою дело.
Могила вырыта, и гроб заказан.
Червям богатый пир готовит тело,
А мне хозяин поручил взять душу.
Пер Гюнт
Позволь… без всякого предупрежденья?!
Нет, это слишком!
Пуговичник
Обычай этот так же древен, как
Происхожденье змия, и рассчитан
На то, чтоб матерьял не пропадал.
Ты смыслишь в нашем ремесле и знаешь,
Что иногда литье не удается
И пуговица выйдет без ушка;
Ты что с такою пуговицей делал?
Пер Гюнт
Бросал.
Пуговичник
Хозяин не таков; он бережлив
И потому богат. Он не бросает,
Как никогда негодный хлам, того,
Что в качестве сырого матерьяла
Еще годится. Пуговицей вылит
Ты для жилета мирового был,
Но вот ушко сломалось, отскочило,
И предстоит тебе быть сданным в лом,
Чтоб вместе с прочими быть перелитым.
Пер Гюнт
Позволь… не собираешься же ты
Меня расплавить вместе с первым встречным
И вылить нечто вновь из общей массы?
Пуговичник
Вот именно. И не с тобой одним, –
Со многими мы поступали так;
И так же поступает двор монетный
Со стертыми монетами.
...зачем же по пустому
Так волноваться? Никогда ты не был
Самим собой; так что же за беда,
Коль «я» твое и вовсе распадется?"

"Но зачем??"

Пелевин
"– Саша, – сказал Тим, – ты ведь из России?
Я кивнула.
– У меня к тебе один вопрос. Скажи, а зачем?...
– Неужели непонятно? – ответила я.
– Нет. Я потому и спрашиваю.
– Просто, видите ли, – сказала я, придав своему голосу тот оттенок искренней девичей задушевности, который так возбуждает пожилых мужчин, – мы ненавидим вашу свободу.
За столом опять засмеялись.
– А почему? – спросил Тим.
– Ну как почему. Мы понимаем, что никогда не будем такими свободными и прекрасными как вы, и все, что нам остается – это скрежетать зубами в темном углу и стараться из зависти вам нагадить.
Теперь засмеялись не только молодые люди, но и сам Тим.
– Хороший ответ, – сказал он. – Ты смешная. Но если напечатать такое в американской газете, девяносто процентов людей примет это за правду.
– Сейчас уже никто не примет за правду то, что пишут в газете, – сказала Сара.
– Такое примут, – ответил Тим".

"Гиперболоид инженера Гарина" 1965



Черно-белый совтрэшак шестидесятых, это целый бесподобный жанр, "Один из нас" с Юматовым вне конкуренции, но этот фильм тоже очень хорош. Ленинград, Париж, Сибирь, Швейцария... - а герои все время сталкиваются и подслушивают друг друга словно действие происходит в коммунальной квартире. Цепь чуть связанных нелепых эпизодов, никакой логики, артисты откровенно комикуют, но смотрится на одном дыхании - люблю! Вишенкой на торте - изображение двадцатых годов, НЭПа в стилистике "Берегись автомобиля" с ухоженными обывателями. Хороша так же Зоя Монроз - Наталья Климова, снежная королева.

Немцы тоже люди

Ховард "Франко прусская война"
Попытка французов после капитуляции под Седаном добиться почетного мира:
"Великодушие, аргументировал он, было бы единственно возможным основанием для прочного мира. Драконовские же методы пробудили бы все недобрые инстинкты, дремавшие в условиях прогресса цивилизации, которые положат начало Франко-прусской войне, которой не будет конца. Ответ Бисмарка на это разумное умозаключение весьма любопытен. Франция, доказывал он, – это не Австрия образца 1866 года – стабильная держава, война с которой могла вестись на основе доктрин XVIII века. Политическая нестабильность Франции подрывала стабильность Европы в течение последних 80 лет, ее военные устремления тревожат Германию вот уже два века. Если бы Франция располагала солидными институтами власти, если бы французы, как пруссаки, питали бы почтение к этим институтам власти, если бы у нее был монарх, прочно сидящий на троне, то «мы могли бы попытаться положиться на признательность императора и его сына и установить цену за эту признательность». Но правительства во Франции меняются с калейдоскопической быстротой. «Ни на что нельзя полагаться в вашей стране». Более того – французы, как нация, «вспыльчивы, завистливы, ревнивы и снедаемы гордыней сверх всякой меры. Вы считаете, что победа – собственность, право на которую вы одни имеете, что у вас монополия на военную славу». Немцы были мирными, лишенными агрессивных устремлений людьми, но за минувшие 200 лет французы много раз объявляли им войну. Это слишком. Теперь этому положен конец, немцам тоже необходима безопасность – бруствер между ними и Францией. «У нас должны быть территория, крепости и границы, которые защитят нас от неприятельской агрессии».

...Поэтому Пруссия, объявил он, не примет мира, который не будет гарантировать неприкосновенность ее границ и отказ от очередной агрессии, продиктованной чувством мести, планы которой будут вынашивать французы. И Германии должен принадлежать Страсбург – «ключ к нашему дому», – провинция Эльзас и часть провинции Лотарингия, включая Мец и Шато-Сален. Более опытный дипломат, возможно, расценил бы это как завышенное требование, выдвинутое чтобы выторговать как можно больше, и стал бы торговаться, но Фавр лишь разрыдался, сопровождая плач выкриками: «Вы хотите уничтожить Францию!» «Я зря сюда пришел, – признался он, – это будет бесконечная борьба двух народов".
-----
Почему то забываем про чувства немцев, ведем отсчет причин тридцатилетней войны ХХ века с ограбления французов в 1870 году, а надо бы с Йены, Ауэрштедта и войн Людовика XIV.