September 2nd, 2020

Этот взгляд...



Венедиктов: "А что тут такого? Со старшеклассницами – это в школе обычная история. Когда приходит молодой учитель или молодая учительница и разница в пять лет... Ну что такое семнадцать и двадцать два? Обычно первый шаг делают ученики. Ты психологически взрослый, ты ставишь барьер, но тебя соблазняют. И сил сопротивляться нет: двадцать два года, гормоны. Не могу сказать, что я пользовался бешеным успехом, но романы случались. Это были романы, которые включали в себя иногда и секс".

Новый старый взгляд

Начал читать "Эпоху Ельцина", огромный фолиант, изданный приспешниками (Батурин, Костиков, Лившиц, Пихоя, Сатаров и др.) в 2001 году. Так же, наверное, современники читали дантовский "Ад" - все реально, все ужас и с каждым витком страшнее. Но по настоящему задело другое: в девяностые, оказывается, не только вся страна понимала несостоятельность гайдаровского варианта "реформ", но и власть имущие - в книге через страницу безысходное: "неудача", "опять не удалось", "ошибки накапливались". Но может быть идеология не позволяла корректировать курс до самого дефолта? Ничуть не бывало - над идеологами ("демократами") соратники Ельцина в книге откровенно глумятся, изображая их амбициозными пустомелями. Тогда может сам Ельцин внушал фанатичную веру в успех? Где там... Сильно пьющий неудачник.

И вот, на таком фоне, когда вся страна, вся оппозиция требовали: "Астановитесь!" и народ в октябре 93 попер на пулеметы - почему же целую пятилетку ЭТО продолжалось, более того, еще влезли в новую кавказскую войну? Страна не хочет, элита понимает, лидер в прострации - что же всем этим двигало кроме страха уголовного наказания?

Мне стало понятно из нескольких намеков в книге: двигала Америка, мы тогда были колонией, нами управляла колониальная администрация, как сейчас Украиной (один в один). Вся легитимность режима Ельцина и его "реформ" держалась на улыбке Клинтона, он мог одним щелчком смести эту фантасмагорию, но увы, она была выгодна заокеанским неоколонизаторам. Мне стала понятна наглость Ходорковского перед посадкой и Березовского перед изгнанием, они были вправе претендовать и были бы неплохими администраторами на чисто технической должности в новом протекторате США. И разве такого не было в нашей истории, во времена ярлыков на княжение?

И еще: мне стало понятно куда нас тянут либералы старой школы, к какой, блядь, еще «свободе». К вот этому вот они нас тянут, это они понимают под "свободой". Осознанная, блядь, необходимость диктата Вашингтона. "На том стояли и стоять будем!" А молодая поросль либералов, которая не вкушала сладость "ярлыков" тянет прямо в нихиль без промежуточных остановок, это совсем другая история, другой, постмодернистский ад. И еще - подумал о грандиозности Мюнхенской и Валдайской речей, по ним картину еще напишут "Владимир Первый топчет ханскую басму".

"Платить и каяться" Начало

Хомяков. 1844 год

"Не говорите: "То былое,
То старина, то грех отцов,
А наше племя молодое
Не знает старых тех грехов".
Нет! этот грех — он вечно с вами,
Он в вас, он в жилах и крови,
Он сросся с вашими сердцами —
Сердцами, мертвыми к любви.
Молитесь, кайтесь, к небу длани!
За все грехи былых времен,
За ваши каинские брани
Еще с младенческих пелен;
За слезы страшной той годины,
Когда, враждой упоены,
Вы звали чуждые дружины
На гибель русской стороны;
За рабство вековому плену,
За робость пред мечом Литвы,
За Новград и его измену,
За двоедушие Москвы;
За стыд и скорбь святой царицы,
За узаконенный разврат,
За грех царя-святоубийцы,
За разоренный Новоград;
За клевету на Годунова,
За смерть и стыд его детей,
За Тушино, за Ляпунова,
За пьянство бешеных страстей;
За слепоту, за злодеянья,
За сон умов, за хлад сердец,
За гордость темного незнанья,
За плен народа; наконец,
За то, что, полные томленья,
В слепой терзания тоске,
Пошли просить вы исцеленья
Не у того, в его ж руке
И блеск побед, и счастье мира,
И огнь любви, и свет умов,
Но у бездушного кумира,
У мертвых и слепых богов,
И, обуяв в чаду гордыни,
Хмельные мудростью земной,
Вы отреклись от всей святыни,
От сердца стороны родной;
За всё, за всякие страданья,
За всякий попранный закон,
За темные отцов деянья,
За темный грех своих времен,
За все беды родного края, —
Пред бегом благости и сил
Молитесь, плача и рыдая.
Чтоб Он простил, чтоб Он простил!"