July 15th, 2020

"На дне" 1952


Я часто пересматривал постановку 1972 года Галины Волчек "На дне" (с Сатиным - Евстигнеевым) и мне всегда казалось - "Куда же лучше?". Но вот посмотрел фильм-спектакль 1952 года, МХАТовский, Станиславского и Немирович-Данченко (с Лукой - Грибовым) и понял, что есть театр и театр, что у Волчек его вообще не было, а настоящий и единственный театр это "Станиславского". Понял, наконец, почему народ был в восторге от его МХАТа а артисты от его системы.

Взять Василису, по пьесе ей 26 лет, играет 60-летняя Фаина Шевченко (в 1915 году натурщица кустодиевской «Красавицы», кстати сказать) - и играет так жутко страшно, что одним тембром голоса заставляет забыть свои года, оставляя одну только жуть. И так они играют ВСЕ. Я понял, наконец, что "артист" это не выигрышные роли, не запоминающиеся сцены или колоритная внешность а прямо титанизм и что современных актеров "любят" в память о тех, настоящих.

Еще про "Жизнь и судьбу" Гроссмана

"Американская газета "Уолл-стрит джорнэл" назвала роман русского писателя Василия Гроссмана "Жизнь и судьба" одной из величайших книг двадцатого столетия. Рецензия на роман Джозефа Эпштейна, занявшая полполосы, названа "Наследник Толстого".
А мне сбросили ссылку на статью доктора филологических наук из Нижнего Новгорода. Удивительно совпадает с моим сегодняшним мнением:

"...что касается будущей судьбы романа, того, насколько долго он останется в литературе, насколько активно будет читаться и какое место в иерархии литературных ценностей займет на литературной карте ХХ века, то здесь нужно сказать следующее. На наш взгляд, это произведение не обладает достаточным «запасом прочности», чтобы войти в «Большое время». Оно останется серьёзным фактом истории литературы 2-й половины ХХ века, но вряд ли далеко перешагнет этот рубеж. Время и «гамбургский счёт» не в его пользу. Роман стремительно устаревает, и это происходит по нескольким причинам...

...«Жизнь и судьбу» Гроссмана буквально убивает современная пропаганда. Для сегодняшнего читателя, особенно молодого, который впервые познакомится с этим романом, в нём не будет никаких концептуальных открытий. Он увидит в тексте иллюстрацию самых расхожих пропагандистских тезисов, которые ежедневно слышит по радио, по телевидению: что Сталин подобен Гитлеру, что социализм подобен фашизму, что победа – подобна поражению… Тогда роман предстанет пропагандистским рупором сегодняшнего либерального официоза. Но ведь нет ничего страшнее для художественного произведения, чем его превращение в иллюстрацию очередного учебника политграмоты. От этого роман могло бы спасти только высочайшее художественное мастерство. Как спасло, например, «Поднятую целину» Шолохова. Но что касается гроссмановского романа, то здесь художественное мастерство, на наш взгляд, относительно: «Жизнь и судьба» – произведение «маловысокохудожественное» (окказионализм Ю. Трифонова).

Collapse )

(no subject)


Негры из "Чёрных пантер" оказались специально отобранными через кастинг актёрами.

Пелевин "Бэтман Аполло":
"Учение о симулякре, несмотря на свою "революционность", основано на подсознательной вере в существование подлинных, серьезных, фундаментальных и постоянных сущностей и смыслов, поскольку само понятие "симуляции" предполагает существование "настоящего". Проблема, однако, в том, что абсолютно все сущности, среди которых проводит свое время человек, имеют одну и ту же природу. Все они в равной степени являются поддельными – и у "симулякра" нет никакой оппозиции, которая оправдывала бы введение подобного термина.

Это просто обозначение того единственного способа, которым приходит в существование абсолютно все. Разница только в качестве подделки. Что-то подделано недавно, грубо и наспех – это политические симулякры. Что-то подделано уже давно, и работа сделана несколько тоньше – это культурные симулякры. А самые фундаментальные симулякры создает человеческий ум, опирающийся на язык. Это языковые конструкты, воспринимаемые как внешняя (или внутренняя) реальность.

Человеку разрешается ставить под сомнение некоторые политические симулякры, потому что этого требует "общество репортажа о панк-молебне" (бывш. "общество спектакля"). Однако во все остальное он должен истово верить, если не хочет умереть с голоду, а за некоторые ложные сущности обязан кидаться в бой по первому намеку государства (своего или чужого, зависит от жизненных обстоятельств).

Но человек обречен жить среди фантомов не потому, что так решила какая-то тайная ложа. Дело в том, что самая его сердцевина, ядро, само его "я" – тоже является лингвистически обусловленным симулякром. Его нет нигде, кроме как в отражающих слова зеркалах сознания. А там оно появляется точно так же, как нарисованное облако, озеро или башня – с той только разницей, что вместо вырезанных из бумаги силуэтов к глазу незаметно подносят укрепленную на иголочке букву "Я".

Кураев отдыхает



Какие люди в нашем монашестве...
Настоящий Магистр Йода живет на Афоне, прочит уральского монаха-путиноборца в русские цари, а тот, в ожидании великого китайского похода на Россию организует строительство самого большого в мире православного храма, чтобы перехватить их орды на Урале и крестить, тем самым усмирив (я слышал что этот храм планируется для "миллионов китайцев", но не мог понять откуда они возьмутся). Смотреть с 5 минуты.

Унес с собой


Наткнулся на фото какого то нардепа украинского, недавно застрелившегося в своем служебном туалете.
"Не лучше ли устроить пир на эти двадцать семь тысяч и, приняв яд, переселиться (в другой мир) под звуки струн, окруженным хмельными красавицами и лихими друзьями?"
Если такая тоска, что без разницы где умереть, хоть у очка, то почему опасение замарать служебный кабинет пересилило такую тоску? Не понимаю.

Как это верно


Бердяев:
"Вильгельм не является наследником Священной Римской империи, как вырождающиеся Габсбурги. Его империя чисто промышленная, буржуазная. И притязание Германской империи на мировое господство не есть древнее притязание Священной Римской империи — империи мировой, сверхнациональной, это притязание германского промышленного капитализма господствовать над миром. Военный, юнкерский характер Германской империи есть лишь прикрытие, маскарад и не меняет сущности дела, так как германский милитаризм — совершенно промышленный, капиталистический, технологический.

... В Германии были великие творческие индивидуальности, люди уединенного созерцания, мысли, мечты, которые вносили ценности в мировую культуру, но расовой, народной, сверхиндивидуальной культуры нет у
германцев. Они остаются варварами, и варварство их обнаружилось к ужасу всего мира в решительный час истории. Как ни печально состояние русской культуры, как ни много у нас еще дикости, но у русского народа есть своя органическая религиозная культура, преемственная, через церковь связанная с греческим миром. У нас есть народная христианская совесть. А все величие Канта и Гегеля не может помочь германскому народу стать на высоту человечности, когда его воля к власти и насилию расковала хаотические стихии".
----
Как это верно! Читаю воспоминания Франца Йозефа Штрауса. Настроения у немцев после того как они тридцать лет купали Европу в крови и дошли до Геркулесовых столбов жестокости и геноцида - как у нас после крымской войны, не более: "Надо побыстрее и получше вооружиться, провести необходимые реформы и методично добиваться восстановления статуса великой державы" с добавлением через каждые десять страниц: "Нас так разрушили! Бедные немцы!" Никакой рефлексии, ни намека на покаяние, одни только выплаты Израилю и натравливание США на Россию. - Просто неоткуда было взяться иному, сколько бы канцлер Шмидт не бухался на колени перед "нужными" жертвами.