April 14th, 2020

"Джентльмены" 2020


В чем секрет "Криминального чтива"? В том что с каждой сценой, каждым поворотом сюжета память "подгружает" бесчисленное количество таких же сцен и поворотов из просмотренных американских боевиков и триллеров, и снятое Тарантино кажется квинтэссенцией, итогом всего что ты видел раньше, своеобразной "Иллиадой" КиноАмерики.

Гай Ричи амбициозно, и истинно британским напором захотел снять фильм, чтобы "подгружалась" Британия, современная, амбициозная с "Новичком" и "брекзитом" - и у него не получилось, потому что британские аллюзии за пределами красных двухэтажных автобусов и холмсианы тупо ничтожны у массового зрителя - он не вырос на "Аббатстве Даунтон", "Дживсе и Вустере", королевских скачках, лондонских проблемах и том же Гае Ричи.

Отсылки к "Долгой страстной пятнице", "Венецианскому купцу", нюансам британского быта и британских злободневностей... Не цепляет, не понятно, остается голый боевик с дурацким сюжетом - без Британии. За пределами викторианской эпохи никому не интересной как выявил этот фильм - впрочем они работают над этим и агрессивно, может лет через двадцать и будут у них получаться фильмы про современную Британию с "подгрузкой", не хуже чем про викторианскую. Но не сегодня.

Мизантропическое

Промелькнуло сообщение, что в 62 года умер некий московский критик сын другого московского критика - значит он начинал свою карьеру с форой в пять ступенек и минимум в десять лет - но даже так никому не известен как профессор Серебряков.
Принято ничего не говорить в таких случаях, "дурной тон" - но я скажу, что мне жаль, того, кого он оттеснил своей форой, кто бы мог стать для нас "Шопенгауэром" но не стал из-за этого "Серебякова". Такие занимают место другого, лучшего - всегда, и когда они умирают я заочно всегда вспоминаю тех, чье место они заняли - такой у меня пунктик.
(Это личное, в молодости я общался с артистами музкомедии и некоторые из них, было видно, легко заменили бы народу любого из их любимцев).

Забавные островитяне

Джон Киган "Первая мировая война"
"Французы чувствовали некоторую неловкость, смешанную с иронией. Все они были генералами, а Френч — фельдмаршалом. В то время во французской армии маршалов вовсе не было, и французы воспринимали этот воинский чин не как звание, а как своего рода награду за проявленное полководческое искусство. Френч был фельдмаршалом, однако в глазах его собеседников он выглядел человеком, стяжавшим лавры в войне с южноафриканскими фермерами".