November 28th, 2019

Спрашивали - отвечаем

Джордж Ф. Кеннан, 1995:
"Обозревая историю международных отношений современной эпохи, началом которой можно считать середину XVII века, а концом — наше время, я едва ли могу обнаружить в ней событие более поразительное, загадочное и на первый взгляд более необъяснимое, чем внезапный и полный распад и исчезновение с исторической сцены... великой державы, называвшейся сначала Российской империей, а затем — Советским Союзом".

Пелевин, 2006:
"Если Европа была компанией одних и тех же персонажей, пытающихся приспособить свои дряхлеющие телеса к новым требованиям момента, Россия была вечно молодой — но эта молодость доставалась ценой полного отказа от идентичности, потому что каждый новый монстр разрывал прежнего в клочья при своем рождении. Это был альтернативный механизм эволюции — разрывно-скачкообразный, что было ясно вдумчивому наблюдателю еще в девятнадцатом веке".

Бонзы накануне

Из выступления на февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) в 1937 г. секретаря Киевского обкома Кудрявцева:
"...Самокритика в партийной организации зажималась, зато пышно расцветала парадность, шумиха. Такие примеры парадности и шумихи, самовосхвалений и телячьих восторгов, как многочисленные приветствия, бурные овации и все стоя встречают руководителя обкома,— все это очень широко практиковалось в Киевской организации. Секретари Житомирской организации Детюк, а за ним Тильман ничего страшного не видели в том, что их большие и малые портреты развешивались по городу (в Умани целые страницы районной газеты посвящались встречам и беседам секретаря райкома с пионерами, письмам и отзвукам на письма секретаря райкома). Возьмем, к примеру, дело заботы о детях. Эти подхалимы представляли т. Постышева в виде доброго богатого дяди, который из рога изобилия осыпает детей подарунками: постышевскими елками, постышевскими комнатами, постышевскими игрушками, дворцами пионеров, детскими площадками и парками и т. д. Обстановка шумихи вокруг т. Постышева зашла так далеко, что кое-где уже громким голосом говорили о соратниках Постышева, ближайших, вернейших, лучших, преданнейших, а те, кто не дорос до соратников, именовали себя постышевцами".

Чуев "Сто сорок бесед с Молотовым":
"Рудзутак до определённого времени был неплохой товарищ… Неплохо вёл себя на каторге и этим, так сказать, поддерживал свой авторитет. Но к концу жизни Collapse )

Терзают смутные сомнения

Пришел к выводу, что Латынина свой труд "о Христе" не писала, а лишь добавила лузлов, пройдясь рукой мастера по тексту какого-то ученого хасида. Я бы поверил в ее авторство, если бы она ограничилась первой книгой ("Иисус. Историческое расследование"), действительно феерической, "под Радзинского", потенциальным бестселлером в Израиле и Москве но она издала совершенно нечитабельную вторую ("Христос с тысячью лиц"), в 500 страниц, наполненной такой мелочной талмудистикой (вывод книги: "Идеология этой секты, в том виде, в котором ее реформировал Иоанн Креститель, он же Цадок, он же Енох, была протогностической"), что ту то она и попалась!

На волне успеха продложения пишут левой ногой, второпях - между тем в продолжении Латыниной по сравнению с основой гораздо больше лет жизни вложено и труда, причем бессмысленного по неинтересности результата.

А так не бывает с московскими журналистами, радиоведущими и писателями. Видимо, использовав действительно первоклассную, скандальную "основу" для первой книги, она, увлеченная жаждой наживы, решила продолжить сериал и, за неимением равного по качеству (а может в целях экономии) обратилась к другому хасиду, незанимательному, и не смогла полученный от него материал превратить в конфетку во второй книге, которая так и осталась квазинаучным трактатом. Несмотря на это Латынина презентует третью книгу, что тоже усиливает подозрения относительно неведомых миру хасидов.

"Прости меня, Изенька, дуру грешную! "


"Актёр Михаил Ефремов:
Я никогда себя русским не считал. По отцу я мордва. А по маминой линии - чуваш. Более того, я прямой потомок Ивана Яковлева, человека, который перевел Библию на чувашский язык. Который был заместителем Ильи Ульянова, отца Ленина. Это наша семейная гордость".

Быков оклемался и снова разжигает

"В Киеве – одном из немногих мест на свете, где возможны еще дискуссии о русской литературе – ко мне подошли после лекции два читателя ... В «Трудно быть богом» впервые прозвучала мысль, которую все чаще повторяют сегодня: «После серых приходят черные». Мир, в котором торжествуют посредственности, скатывается к фашизму, и это один из фундаментальных законов истории. .... Этот убогий триумф ощущают сегодня все российские Гаги, вернувшиеся в родную несвободу: им не хочется, чтобы их кто-то воспитывал, за уши тащил к свету. Они тут на месте – среди сломанных костылей, телег, вечного дождя и мокрого железа. И ничего другого им не надо. ... Гомерически смешная повесть «Понедельник начинается в субботу» рассказывает о том ... как советская бюрократия задушила шестидесятническую утопию. Как молодые герои тогдашних фильмов и книг «Иду на грозу» и «Девять дней одного года» вынуждены идти либо в конформисты, либо в диссиденты.

... мы действительно стали свидетелями и участниками разделения человечества на два биологических вида, и именно этим разделением, которое предсказал еще Уэллс в «Машине времени», объясняются все сегодняшние конфликты. И раскол Америки на трампистов и антитрампистов, и конфликт на востоке Украины – его следствия. Людены попали в «солнечную комнату», в которой оказался в конце концов Тойво Глумов. Они научатся связываться с нами, но систематически с нами контактировать не будут ... поскольку, как и предсказали Стругацкие, людены научатся быть невидимыми для людей. Иначе они вызывали бы у них иррациональный ужас и бешеное раздражени. Что будет делать Киев – пока непонятно. Может быть, получится так, что он просто исчезнет с радаров прежнего мира ... поскольку, как и предсказали Стругацкие, людены научатся быть невидимыми для людей. Иначе они вызывали бы у них иррациональный ужас и бешеное раздражени.

А остальные будут и дальше смотреть телевизор и жить в том мире, который для них контрастен. Просто у нас будет не один мир, а два: один будет быстро эволюционировать, а другой – медленно деградировать. Жаль только, как и предсказали Стругацкие, что в мире люденов туговато будет с иронией и милосердием. Но что поделать – мир, условно говоря, Донбасса сделал все, чтобы в мире Киева относились к нему без иронии и милосердия".
https://sobesednik.ru/kultura-i-tv/20191118-starshie-bratya