July 6th, 2017

"Июльские дни".

Суханов "Записки о революции"
"Часов в девять вечера приехал из армии Керенский. Он отправился прямо в заседание Временного правительства. Тут же был отдан приказ о немедленном аресте Ленина, Зиновьева, Каменева и прочих. На квартиру Ленина милиция явилась часа в два ночи. Но квартира была пуста. Ленин, как и Зиновьев, скрылся.

...Утром того же 6-го советские члены «диктаторской комиссии», Гоц и Авксентьев, став во главе какого-то сборного отряда, пошли в поход против дома Кшесинской и Петропавловской крепости. Первый пункт был цитаделью большевиков, во втором могли остаться кронштадтцы или какие-нибудь вредные элементы. Переправившись через Троицкий мост, начали было правильную осаду. Уже были готовы открыть огонь, но оказалось, что дом Кшесинской уже покинут большевиками.

Что же касается мещанства, обывателей, «интеллигенции», то здесь было совсем скверно. Здесь деланная паника и неподдельная злоба достигли крайних пределов. Слово «большевик» уже стало синонимом всякого негодяя, убийцы, христопродавца, которого каждому необходимо ловить, тащить и бить.

...Как молния, облетело какое-то ошеломляющее известие. Это было известие о поражении на фронте русской наступающей армии. Накануне, 6-го, наш фронт в месте расположения 11-й армии, близ Тарнополя, был прорван на 12 верст в ширину и на 10 – в глубину. Противник продолжает наступление… Среди советских правых депутатов было много военных людей, которые с самого начала чуяли правду. Но всем им полагалось проявлять один только патриотический восторг, а отнюдь не скепсис. И сейчас весть о поражении поразила, как громом, весь Таврический дворец.

...Как бы хорошо Керенский ни отдавал себе отчет в неизбежности печального исхода его затеи, – он про себя и вслух обвинял в нем большевиков и июльское восстание. О мамелюках, о бульварной прессе, о мещанской массе нечего и говорить. Для них поражение у Тарнополя и срыв всего вожделенного наступления с начала до конца было делом рук большевиков. Еще бы! В официальных сообщениях Ставки упоминалось прямо и непосредственно об агитации большевиков как о причине поражения".

"Июльские дни".

Суханов "Записки о революции"
"Исчезновение Ленина под угрозой ареста и суда есть факт, сам по себе заслуживающий внимания. В ЦИК никто не ожидал, что Ленин «выйдет из положения» именно таким способом. Его бегство вызвало в наших кругах огромную сенсацию и обсуждалось горячо и долго на все лады. Среди большевиков находились тогда единицы, которые высказывали одобрение поступку Ленина. Но большинство советских людей отнеслось к нему с резким порицанием. Мамелюки и советские лидеры громко кричали о своем благородном негодовании. Оппозиция хранила свое мнение про себя. Но это мнение сводилось к решительному осуждению Ленина – с точки зрения политической и моральной. И я лично к этому вполне присоединялся.
Я уже говорил (по поводу Луначарского), что прежде всего бегство пастыря в данной обстановке не могло не явиться тяжелым ударом по овцам. Ведь массы, мобилизованные Лениным, несли на себе все бремя ответственности за июльские дни. От этого бремени они не могли освободиться никаким способом. Часть была арестована и находилась в ожидании возмездия за выполнение своего политического долга сообразно своему слабому разумению. А «действительный виновник» бросает свою армию, своих товарищей и ищет личного спасения в бегстве!..

Зачем это было нужно? Угрожало ли что-нибудь жизни или здоровью большевистского вождя? Смешно было говорить об этом летом семнадцатого года! Ни о самосуде, ни о смертной казни, ни о каторге не могло быть речи. Как бы ни был несправедлив суд, как бы ни были минимальны гарантии правосудия – все же Ленину не могло угрожать ровно ничего, кроме тюремного заключения. Все это в полной мере может быть подтверждено примером товарищей Ленина. Многие из них были арестованы и отданы под суд за те же преступления. Они благополучно просидели по полтора-два месяца в тюрьме. Они продолжали там свое писательство в газетах. Они, с ореолом мучеников, служили неисчерпаемым источником агитации против правительства Керенского и Церетели. А затем без малейших, вредных для кого бы то ни было последствий вернулись на свои посты.

Бегство Ленина и Зиновьева, не имея практического смысла, было предосудительно с политической и моральной стороны. И я не удивляюсь, что примеру их – только двоих! – не последовали их собственные товарищи по партии и по июльским дням.
Но, как известно, было еще одно обстоятельство, которое усиливало одиум бегства Ленина в тысячи раз. Ведь помимо обвинения в восстании на Ленина была возведена чудовищная клевета, которой верили сотни тысяч и миллионы людей. Ленина обвиняли в преступлении, позорнейшем и гнуснейшем со всех точек зрения: в работе за деньги на германский генеральный штаб…

Прошло немного времени, и вздорное обвинение рассеялось как дым. Никто ничем не подтвердил его, и ему перестали верить. Обвинение по этой статье Ленину уж ровно ничем не угрожало. Но Ленин скрылся с таким обвинением на своем челе.
Это было нечто совсем особенное, беспримерное, непонятное. Любой смертный потребовал бы суда и следствия над собой в самых неблагоприятных условиях. Любой сделал бы лично, с максимальной активностью, у всех на глазах все возможное для своей реабилитации. Но Ленин предложил это сделать другим, своим противникам. А сам искал спасение в бегстве и скрылся.
Как бы то ни было, этот факт исчезновения Ленина я считаю бьющим в самый центр характеристики личности большевистского вождя и будущего правителя России. Так поступить мог только один Ленин на свете. Наполеону – Макиавелли показалось, что для его дела, для дела его партии будет выгоднее, если он убежит от своих обвинителей, не дав им перед лицом всей страны никакого ответа. И он пошел напролом, осуществляя свое намерение, – пошел прямолинейно и цинично…"

Четыре фильма четверга

"Нечто из иного мира" 1951 Это первая экранизация рассказа о появлении на арктической станции инопланетного организма, способного принимать облик своих жертв. Однако в этом фильме (по видимому из-за сложностей со спецэффектами) "Нечто" - это огромный зеленый гамадрил, который все крушит на своем пути и его убивают посредством электрического тока. Среди достопримечательностей - "веселость" американцев и их "шутки" даже когда существо лишило станцию тепла и всем остается жить менее двух часов а так же ученый-нобелевский лауреат, который не теряя времени даром начал выращивать этих монстров "с научной целью" а потом пошел предлагать мир от имени человечества. Оппенгеймер, хренов. Внушает пафос финала, когда репортер оповещает мир, что " простые американский парни опять спасли человечество". Зе енд.

"Война миров" 1953. Тут изумляет финал. ...Выясняется, что атомные бомбы не причиняют вреда пришельцам, начинают готовить бактериологическое оружие, но материалы гибнут во время страшной паники, когда люди теряют человеческий облик и даже чемоданы с деньгами оказываются тщетой. Герой устремляется в храм, все поют гимны, и, - о чудо! - марсианские корабли начинают валиться с небес. "По воле Божье, божьи твари - микробы уничтожили врага" - звучит голос за кадром. Последний эпизод - красочные холмы усеянные народом возносящим хвалу господу за бациллы (вот так наверное американцы и нас бы травили в те года под благодарственное аллилуйя).

"Запретная планета" 1956. Сюжет не плох и оригинален, но фильм ради одной особы в мини-юбке затянут примерно на треть. Кроме того гэги и реплики уровня "Трактористов" наших - но тут двадцать лет спустя американцы снимают космический триллер. Да и стилистика, после Ридли Скотта смотреть на канареечные расцветки космокораблей и бойскаутскую форму космопутешественников тяжело.

"Вторжение похитителей тел" 1956. Хорошая экранизация классического сюжета. Но опять финал: "Срочно сообщите в ФБР!", "ФБР направило людей!" - и на лице героя пережившего конец света в отдельном городке появляются слезы счастья. "ФБР! Слава ФБР!" Америка 1956 год.