May 11th, 2017

"Загадка 37-го"

Известно, что после неудачи с японцами царским правительством были произведены серьезные реформы в военной сфере и мы почти десять лет готовились к неминуемой европейской войне. Как Сталин с 1931 года. Однако все это оказалось напрасно без чистки в обществе и Дворе. Вместо "37-го" устроили "Думу народного гнева" и свободу печати. В преддверии неминуемой, очевидной, неизбежной, ожидаемой войны.
Вот, ознакомьтесь:
Протоколы заседаний чрезвычайной следственной комиссии по делу Колчака. Заседание комиссии 21-го января 1920 г., показания Колчака:

"Это был период изучения общей политической обстановки, и еще в 1907 году мы пришли к совершенно определенному выводу о неизбежности большой европейской войны. Изучение всей обстановки военно-политической, главным образом германской, изучение ее подготовки, ее программы военной и морокой и т. д. — совершенно определенно и неизбежно указывало нам на эту войну, начало которой мы определяли в 1915 году, указывало на то, что эта война должна быть. В связи с этим надо было решить следующий вопрос. Мы знали, что инициатива в этой войне, начало ее, будет исходить от Германии; знали, что в 1915 году она начнет войну. Надо было решить вопрос, как мы должны на это реагировать.
После долгого и весьма детального изучения исторического и военно-политического, было решено как морским, так и сухопутным штабами, что мы будем на стороне противников Германии, что союза с Германией заключать будет нельзя, а что эта война должна будет решить, в конде концов, вопрос о славянстве: быть или не быть ему в дальнейшем. Были известные группы, которые резко расходилась с этой точкой зрения и указывали на необходимость союза о Германией, но та политическая обстановка, которая была положена в основание, показывала, что война произойдет против союза среднных империй. Я хочу только подчеркнуть, что вся эта война была совершенно предвидена, была совершенно предусмотрена. Она не была неожиданной, и даже при определений начала ее ошибались только на полгода. Да и то немцы и сами признают, что они начали ее раньше, чем предполагали.

...Адмирал Эссен был определенно против немцев, хотя и был сам немецкого происхождения. Непенин был также их противником и ненавидел немцев. Среди крупных представителей морского ведомства не было представителей германской ориентации. Большинство склонялось к союзнической ориентации, так как всем было видно, что приготовления Германии к войне идут, что она готовится к войне именно с нами, о чем ясно говорили добытые документы. Конечно, могли быть ошибки, конечно, такие вещи легче говорить пост-фактум, но тогда для меня, например, один Трейчке стоил откровения, так как дело говорил об отношении к нам Германии. Я думаю, если у меня и были минуты колебания, то Трейчке их уничтожил. Ведь Трейчке исходил из изучения [17] всей картины, всей исторической стороны этого дела, всей политики Германии".