April 8th, 2016

Уточнение

Растиражированный мрачный эпизод иллюстрирующий "патологию" Сталина (воспоминание адмирала И.С.Исакова в записи Константина Симонова):
"..к этому залу от кабинета, где все заседали, вели довольно длинные переходы с несколькими поворотами. На всех этих переходах, на каждом повороте стояли часовые – не часовые, а дежурные офицеры НКВД. Помню, после заседания пришли мы в этот зал, и, еще не садясь за стол, Сталин вдруг сказал: «Заметили, сколько их там стоит? Идешь каждый раз по коридору и думаешь: кто из них? Если вот этот, то будет стрелять в спину, а если завернешь за угол, то следующий будет стрелять в лицо. Вот так идешь мимо них по коридору и думаешь…» Я, как и все, слушал это в молчании. Тогда этот случай меня потряс".

Но Исаков начинает свой рассказ со слов (которые всегда опускаются): "...Это было вскоре после убийства Кирова".

Такие то

Такие то, получившие телевизионное образование, нахватавшиеся за пределами его с гулькин нос, и (внимание!) считавшие умение завязывать галстук главным признаком интеллигентности - мы поехали "по распределению" в райцентры.
С возрастом меня примиряет с этой невообразимой гнусностью та частность, что в русской литературе образ наш - Иван Антонович Кувшинное Рыло, телеграфист Ять, барон Тузенбах... стократно высмеян, но никогда за подлость и жестокость - наш идеальный тип по меркам русской литературы не так уж отвратителен.
Могло быть и хуже.