September 17th, 2015

Читаем Гиббона

Эдуард Гиббон «Закат и падение Римской империи. Том III»

"Внимание императора было внезапно поглощено важными известиями, полученными им от гражданских и военных должностных лиц, на которых была возложена оборона Дуная. Его уведомили, что север потрясен страшной бурей, что нашествие гуннов, — до тех пор никому не известной и уродливой породы дикарей, — ниспровергло могущество готов и что берег реки покрыт на расстоянии нескольких миль молящими о помощи толпами этого воинственного народа, доведенного до самого унизительного положения. С распростертыми руками и трогательными выражениями скорби готы громко оплакивали свои несчастия и свое опасное положение; они сознавали, что могли ожидать спасения только от милосердия римского правительства.

Когда это важное предложение, находящееся в столь тесной связи с общественной безопасностью, было предоставлено рассмотрению министров Валента, они смутились и разошлись в мнениях; но они скоро сошлись на таком внушенном лестью решении, которое удовлетворяло гордость, леность и корыстолюбие их государя. Украшенные титулами префектов и полководцев рабы умолчали или отозвались с пренебрежением об опасности этого национального переселения, нисколько не похожего на те колонии, которым иногда дозволялось селиться на крайних оконечностях империи. Они благодарили судьбу за то, что она присылала им из самых отдаленных стран земного шара многочисленную и непобедимую иностранную армию для защиты Валентова престола, и радовались тому, что впредь будут поступать в императорскую казну те громадные массы золота, которые ежегодно присылались жителям провинций взамен поставки рекрут.

...Было получено императорское повеление переправить через Дунай всю готскую нацию, было признано необходимым вести аккуратный счет перевозимым варварам; но те, кому это было поручено, с удивлением и ужасом отказались от такой нескончаемой и неисполнимой задачи, а главный историк той эпохи серьезно утверждает, что при виде бесчисленных готов можно было поверить существованию тех чудовищных армий Дария и Ксеркса, которые до тех пор считались пустыми выдумками легковерной древности. По приблизительному расчету, число готских воинов определяли в двести тысяч человек; а если к этой цифре прибавить соразмерное число женщин, детей и невольников, то в итоге этого громадного переселения получится около миллиона людей обоего пола и всех возрастов.

...Варвары не были допущены до обильного рынка, на пользование которым они заявляли свое право и в качестве подданных и в качестве союзников. Их униженные просьбы были отвергнуты с наглостью и с насмешками, а так как их терпение истощилось, то между горожанами, солдатами и готами возникла сильная перебранка, сопровождавшаяся грозными укорами. Кто-то имел неосторожность замахнуться и нанести удар; тотчас был обнажен меч, и первая кровь, пролитая в этой случайной ссоре, сделалась сигналом продолжительной и опустошительной войны. Готские вожди были приветствованы в лагере неистовыми и радостными возгласами; немедленно было решено начать войну, и это решение было приведено в исполнение безотлагательно. Готы, по обычаю своих предков, развернули свои национальные знамена, и воздух огласился грубыми и заунывными звуками варварских труб. ... Варвары пользовались своею силой только для хищничества и разрушений. Так как императорские министры лишали их пользования и всеми благами, какие ниспосылает природа, и удовольствиями общественной жизни, то они выместили эту несправедливость на подданных императора, и преступления Лупициния были искуплены разорением мирных фракийских землепашцев, сожжением их селений и избиением или уводом в неволю их невинных семейств.

Император Валент, наконец перебравшийся из Антиохии с своим двором и армией в Константинополь, был принят населением как виновник общественного бедствия. Он только что успел отдохнуть дней десять в этой столице, как мятежные крики, раздававшиеся в ипподроме, принудили его выступить против варваров, которых он сам пустил в свои владения, а граждане, всегда оказывающиеся храбрецами вдали от действительной опасности, с уверенностью утверждали, что если бы их снабдили оружием, они взялись бы, без посторонней помощи, избавить провинцию от опустошений дерзкого врага. Бесполезные порицания невежественной толпы ускорили падение Римской империи; они заставили Валента действовать с отчаянной торопливостью.

Каковы бы ни были действительные размеры постигших Европу бедствий, было основание опасаться, что точно такие же бедствия обрушатся на мирные азиатские провинции. Сыновей готов предусмотрительно разместили по восточным городам и постарались, путем образования, смягчить врожденную свирепость их нрава. В течение двенадцати лет их число постоянно увеличивалось, а дети, посланные за Геллеспонт в эпоху первого переселения, уже достигли физической и душевной возмужалости. От них нельзя было скрыть событий готской войны, а так как эти отважные юноши не умели выражаться языком лицемерия, то они обнаруживали желание и, может быть, намерение подражать славному примеру своих отцов. Недоверие и подозрения провинциальных жителей, по-видимому, оправдывались опасностью их положения, а эти подозрения были приняты за бесспорное доказательство того, что азиатские готы составили тайный и опасный заговор против общественной безопасности.... В назначенный день безоружная толпа готских юношей собралась на площадях или на форуме; улицы были заняты римскими войсками, а крыши домов покрыты стрелками из лука и пращниками. В один и тот же час во всех восточных городах был подан сигнал к избиению всех готов, и благодаря такой бесчеловечной предусмотрительности Юлия азиатские провинции освободились от внутреннего врага".

Чтоб не забыть

Под Каменск-Уральском строят огромную авиабазу, одних вертолетов будет 100 шт. Все это - на основе сохраненной одним прапорщиком взлетно-посадочной полосы. Он 15 лет с автоматом и в одиночку охранял бетонные плиты от растаскивания. Вошел в местные легенды как местный сумасшедший, а когда искали место под базу, с удивлением узнали что сохранилось самое ценное.
(Видимо он служил в в/ч из нескольких человек, которой поручили охранять имущество двадцать лет назад).

Це санкции

"Возьмем к примеру Аэрофолт, деятельность которого "частично" приостановлена в Украине. Странно - как летал, так и летает. И в планах - никаких сокращений полетов. Или (не смейтесь только) - Батальон Сомали (№ 90 санкционного списка). Вот так - без кодов регистрации, указанных для других "фирм", без реквизитов. А какие санкции? Не поверите - "блокирование активов, временное (!) ограничение на использование активов, противодействие выводу активов из Украины".
А с физическими лицами вообще нехорошо получилось, среди прочих, Порошенко наложил санкции на двух испанских спецкоров, которые уже несколько месяцев находятся в плену у боевиков в Сирии - Антонио Памплиеги и Ангела Састре. Также под санкциями оказались три корреспондента британской BBC, которые аккредитованы и работают в России, в том числе – Стив Розенберг. Корпорация BBC уже сделала громкое заявление по этому поводу. Но самое смешное - в списке отсутствует английский "журналист" Грэхем Филлипс (помните такого?). Его деятельность Петра Алексеевича, надо полагать, устраивает полностью".

Подытожим хитрый план

Путин не будет говорить об Украине на Генассамблее ООН

И вот еще:
"500 миллионов долларов Киев получит в качестве кредита, причем даже разворовать деньги у киевлян не получится, так как европейские банки предусмотрительно отправят их сразу на счет Газпрома. Ситуация немного напоминает процесс работы с финансами недееспособных граждан, страдающих, например, деменцией.
Украина — не Европа. Украина — это российская Мексика, только без нефти. Многим на Украине очень хочется, чтобы эту территорию кто-то взял на содержание, но этого не будет. Привычный гешефт по формуле "Мы скажем, что любим ЕС, и нам дадут печенье" или "Мы скажем, что полюбили Москву, и нам за это восстановят страну" закончился навсегда. Платить за восстановление разрушенного "скакунами" никто не желает, ибо прибыли от инвестиций в эту территорию (за минусом некоторых ключевых зон) в обозримом будущем не будет, а уж реиндустриализировать территорию нынешней Украины вообще нет желающих.

Именно на это указывают действия Кремля, который ударными темпами заменяет украинские предприятия на российские во всех производственных цепочках, а украинскую газотранспортную систему заменяет на "Северный Поток-2" и (потенциально) "Турецкий поток". Кремлю важно, чтобы с территории Украины на Россию не были нацелены ракеты НАТО, а вот восстановление промышленности или капитальный ремонт украинской ГТС (единственного по-настоящему стратегического актива на Украине) не входит в российскую инвестиционную программу. Исключения для привилегированных зон, вроде ЛДНР и других удачливых регионов — будут, но не более того.

Посмотрите на Мексику. США получают все выгоды от политического и экономического контроля над этой страной, но при этом абсолютно не заморачиваются на тему ее социально-экономического развития. У России будет своя "Мексика", только без нефти и без стратегической "трубы". Это и есть будущее значительной части территории государственного недоразумения под названием Украина".
Отсюда

Техника

В технику просто невозможно было перенести христианские традиции и Европа погибла, обезмыслилась, осталась без сакрального. Промышленная революция пожрала своих детей.

Невидимые миру слезы

Таджик рассказывает: "Работал охранником в продуктовом магазине. Ночная смена - хорошо, спокойно, но каждый раз в ночь на субботу и на воскресенье драки. Каждый раз! (показывает на голове шрамы). Приходят ночью и требуют продать водки. За мной раз знакомый таджик заехал в пять утра, - а у дверей магазина четыре машины, толпа, все залито кровью, сильно испугался . Я тоже первый месяц как приехал в Россию боялся таких разборок, а потом - дерусь как у себя дома. Скоро появились друзья русские, дали телефон - "Звони в любое время нам а не в милицию, она их отпускает, а мы проучим", приезжают и дерутся с гопниками чисто по дружбе".
При этом имел по 1000 руб с ночной продажи водки местным положительным людям. Магазин на Щорса, сейчас он закрыт.

Деловая процедура

Г.Сенкевич "Огнем и мечом"

"...Хмельницкий, говоря это, все больше и больше повышал голос и зловеще посматривал в сторону Татарчука и молодого Барабаша, словно желая указать именно на них.
В комнате поднялся шум, и несколько голосов крикнуло: "Татарчук и Барабаш!" Некоторые из куренных встали со своих мест, среди депутатов послышались крики: "Погибель им!"
Татарчук побледнел, а молодой Барабаш изумленными глазами обвел всех присутствующих Лениво работающий ум его силился угадать, в чем его обвиняют. Наконец он воскликнул:
-- Не буде собака исты мясо!
Сказав это, он залился идиотским смехом, а за ним и другие, И вдруг большая часть куренных начала дико смеяться, сама не зная чему.

Со двора между тем долетел уже не шум и не говор, но точно рокот бури. "Товарищество" хотело узнать, что делается в радной избе, и выслало новую депутацию.
Татарчук чувствовал, что погиб. Он вспомнил теперь, что неделю тому назад говорил против отдачи булавы Хмельницкому и против союза с татарами. Холодный пот выступил у него на лбу: он понял, что спасения нет!
Что касается Барабаша, то всем было ясно, что, губя его, Хмельницкий хотел отомстить старому черкасскому полководцу, который горячо любил своего племянника.
Однако Татарчуку не хотелось умирать. Он не боялся ни сабли, ни пули, но смерть, которая ждала его, поражала его ужасом. Пользуясь минутным молчанием, наставшим после слов Хмельницкого, он отчаянно крикнул:
-- Во имя Христа! Братья атаманы и сердечные други! Не губите невинного!

...Атаман миргородского куреня Гладкий первый крикнул: "Погибель ему!" Депутаты подхватили этот крик, а Чарнота бросился к дверям и, отворив их, крикнул собравшейся толпе:
-- Господа! Барабаш и Татарчук -- изменники! Погибель им!
Толпа ответила страшным воем. В радной избе началось замешательство. Все куренные повскакали со своих мест. Одни кричали: "Ляхи, ляхи!" -- другие старались унять шум, как вдруг двери от напора толпы распахнулись настежь, и в избу ввалилась толпа совещавшихся на дворе казаков. Опьяненные бешенством, они скрежетали зубами и кричали, размахивая руками и распространяя запах водки: "Смерть Татарчуку и Барабашу! Погибель им! Давайте нам изменников! На майдан их!" -- кричали пьяные голоса. "Бей их! Бей!" -- и сотни рук протянулись к несчастным жертвам. Татарчук не сопротивлялся, он только страшно стонал; но молодой Барабаш начал защищаться со страшной силой. Он понял наконец, что его хотят убить, страх, отчаяние и бешенство отразились на его лице; на губах показалась пена, а из груди вырвался животный крик Он дважды вырывался из рук убийц и дважды руки их хватали его за плечи, грудь, бороду и чуб. Он метался, кусался, рычал, падал на землю и снова подымался, окровавленный и страшный. На нем разорвали платье, вырвали ему чуб, выбили глаз и наконец, прижав к стене, сломали ему руку. Тогда он упал. Его схватили за ноги и вместе с Татарчуком потащили на майдан, и тут-то, при свете горящих смоляных бочек и костров, началась настоящая пытка. Несколько тысяч людей бросились на осужденных и начали рвать их на куски, борясь между собой за право подступиться к жертве. Их топтали ногами и вырывали кусками мясо. Обезумевшая толпа теснилась вокруг них в страшном, почти судорожном неистовстве. По временам окровавленные руки то поднимали вверх два бесформенных и непохожих уже на человеческие тела куска мяса, то снова бросали их на землю. Стоявшие дальше кричали: одни, чтобы жертв бросить в воду, другие -- чтобы всадить их в бочки с кипящей смолой. Совсем обезумев, толпа зажгла наконец две бочки с водкой, которые озарили дрожащим, голубоватым светом эту адскую сцену.

Так карало "товарищество" своих изменников. А в радной избе, после того как казаки вытащили Татарчука и молодого Барабаша, снова все стихло; атаманы заняли прежние места у стены".