November 6th, 2014

Вся эта бандеровщина...

Не будем забывать: генезис того что видим на Украине, происходил не в абстрактной Галиции а в Польше Пилсудского. От этой фанаберии набирались опыта гос.строительства, нац.политики и "Европейских валов". Оно и заметно, не правда ли?

Старый знакомый на фото

Человек, которого я знал в молодости, смотрит на меня с современной фотографии, и вдруг я осознаю его ненормальность. Тридцать лет назад он славился нежеланием/неспособностью подлаживаться «под других» (к примеру - если ему было грустно, он грустно и сидел посреди всеобщего веселья), это было его ЧЕРТОЙ, в то время было много оригиналов и мы не обращали внимание.

И к чему же это привело? Это стало болезнью. Он смотрит на меня с фотографии пятидесятилетний и по-прежнему сосредоточенный на чем-то внутреннем. Друзья давно с лицами как из Иеронима Босха – а на его лице ТАК НИЧЕГО И НЕ НАРИСОВАЛОСЬ, ни плохого, ни хорошего.

Пусть кто-то скажет: «внутренний мир», «несуетность», «цельность» - а на меня пахнуло больничной палатой. Мы тоже больные (суетные) но такие люди больнее нас. С таким итогом на лице, жизнь прожить - это не вопрос религии, философии или выбора – ведь совсем не теоретически, не логически, а в созерцании я вижу в нем душевную болезнь.

Ужасно жаль, не его, - себя, за утраченную иллюзию, ведь человек был интересный, завораживающий (к сожалению не знаю как он прожил жизнь, кажется, перебрался в Москву). Уже не первый случай вокруг, как некая черточка, росток, пробившись в юности мило и интересно, в конечном итоге погребает под собой чеоловека.

Время

Детство, юность - это столетия, остальное - лишь "ненадолго задержался в дверях".

Ходасевич

"...Должно быть, не борьбою партий
В парламентах решится спор:
На европейской ветхой карте
Все вновь перечертит раздор.

Но на растущую всечасно
Лавину небывалых бед
Невозмутимо и бесстрастно
Глядят: историк и поэт.

Людские войны и союзы,
Бывало, славили они;
Разочарованные музы
Припомнили им эти дни —

И ныне, гордые, составить
Два правила велели впредь:
Раз: победителей не славить.
Два: побежденных не жалеть".

Кстати

"Кстати, самым стабильным потребителем алкоголя в «Машине» был и является Макаревич. Он пил всегда, практически каждый день и продолжает (насколько мне это известно) делать это с удовольствием и сегодня. В своей бесспорно увлекательной книге «Занимательная наркология» он, конечно, несколько покривил душой, называя свой опыт в употреблении алкогольных напитков «скромным». На самом деле он прошел полный путь от портвейна в подъезде в юношеские годы через пиво и водку в молодости до хороших вин и выдержанных коньяков с виски в годы обеспеченной буржуазной зрелости. Бывали времена, когда он пытался «завязать» и не пил какое-то время, но потом привычка брала свое".
Подгородецкий «Машина» с евреями"

5-й сезон "Подпольной империи"

Аль Капоне, Лаки Лучано, Майер Лански доведены до стадии отвратительного зла (никакой романтики), Ники, харизматический герой сериала, показан чудовищем в начале своей карьеры (спец.линия как в "Крестном отце-2").
Все разоблачаются и гибнут в глазах зрителя - "свобода" показана, затем упрятана в чулан под замок, ключ выброшен в океан у Атлантик-Сити. Это вам не "Облачный адрес", не "Радио Шансон", спецжанр, здесь все по канонам.

Еще о сказке "Киевской Руси"

П.Н.Савицкий "Степь и оседлость":
"...Нет ничего более шаблонного и в то же время неправильного, чем превозношение культурного развития дотатарской Киевской Руси, якобы уничтоженного и оборванного татарским нашествием. Мы отнюдь не хотим отрицать определенных – и больших – культурных достижений Древней Руси XI и XII вв.; но историческая оценка этих достижений есть оценка превратная, поскольку не отмечен процесс политического и культурного измельчания, совершенно явственно происходивший в дотатарской Руси от первой половины XI к первой половине XIII в. Это измельчание выразилось в смене хотя бы относительного политического единства первой половины XI в. удельным хаосом последующих годов; оно сказалось в упадке материальных возможностей, например в сфере художественной...

...Ту беспомощность, с которой Русь предалась татарам, было бы нелогично рассматривать как «роковую случайность»; в бытии дотатарской Руси был элемент неустойчивости, склонность к деградации, которая ни к чему иному, как к чужеземному игу, привести не могла. Это черта, общая целому ряду народов; средневековая и новейшая история отдельных славянских племен построена, как по одному шаблону: некоторый начальный расцвет, а затем, вместо укрепления расцвета, разложение, упадок, «иго». Такова история ославянившихся болгар, сербов, поляков. Такова же судьба дотатарской Руси".

Сколько мов

С.Максимов "Бродячая Русь Христа ради":
"Одно даже слово, неизбежное в его просительном припеве, "церковь", сумеет указать, откуда вылетела птица. Церковь, так, как мы это слово пишем, и произносят его люди образованные, принадлежит говору центральной России, выросшей под влиянием Москвы. Новгородчина, так сказать глухая лесная Русь, умудрилась выговаривать это слово "церква". Затем, если из ближайших к Москве жителей кто выговорил "черковь", то это, несомненно,тверяк или вообще житель верхней Волги, всего вернее из города Торжка. Если же сумел отчеканить так, что стало "тшерковь", то смело говорите ему, что он вязниковец или из тех владимирцев, которые живут ближе к Оке. За Окой, в южной части нижегородской губернии, говорят уже "черква", не по закону, а по обычаю той новгородчины, которая любит изменять "ц" в "ч", чвакать (и наоборот, словно насмех) во всей обширной местности от псковского Порхова до Ладоги и отсюда до Белоозера на Вологду и Вятку. В отличие от всех, и на удивление всех, владимирский переяславец выговаривает даже "цчерква".

Фильм и группа

Умудрился в молодости совсем не заметить Цоя, "Кино", за пафос и романтизм, а тексты Кормильцева, "Наутилус" ложились как влитые на свердловскую жизнь середины восьмидесятых.
"...Прогулка в парке без дога
Может стать тебе слишком дорого.
Мать учит наизусть телефон морга,
Когда ее нет дома слишком долго...


Такое же точное попадание - "Дюба-Дюба", фильм 1992 года:
дюба

Допускаю, что не шедевры, но так легли! до сих пор не отходит.