August 22nd, 2014

ВЫ

Наткнулся. Юрий Казаков "Во сне ты долго плакал":
"...По всему дому горел свет. Зажег свет он и на веранде. Сел на стул, снял с правой ноги башмак. Со звонким в гробовой тишине щелчком взвел курок. Вложил в рот и сжал зубами, ощущая вкус маслянистого холодного металла, стволы...
Да! Но сразу ли сел и снял башмак? Или всю ночь простоял, прижавшись лбом к стеклу, и стекло запотевало от слез? Или ходил по участку, прощаясь с деревьями, с Яснушкой, с небом, со столь любимой своей баней? И сразу ли
попал пальцем ноги на нужный спусковой крючок или, по всегдашней неумелости своей, по наивности нажал не на тот крючок и долго потом передыхал, утирая холодный пот и собираясь с новыми силами? И-зажмурился ли перед выстрелом
или до последней аспидной вспышки в мозгу глядел широко раскрытыми глазами на что-нибудь?"

Про самоубийство в 1972 году друга, некоего Юрия Голубкова, интеллигента. И потом долго-долго рассказывает про своего маленького сына. Очень поэтично. Рассказ это считается шедевром писателя.

А у меня другой рассказ. Как раз такой же застрелился и в таком же возрасте и тем же способом и примерно в тот же год.

"Первую, самую легкую практику я проходил в Кирове, в районной прокуратуре. От нечего делать просматривал прекращенные дела, они валялись повсюду, одно заменяло сломавшуюся ножку шкафа. Его то и запомнил более всего. Дело это было о самоубийстве - застрелился 50-летний сотрудник кировского радио, прямо у себя в кабинете, из ружья.
Он оставил огромное, страниц на восемьдесят, предсмертное письмо начальству и коротенькую записку семье. Письмо это я пытался читать, но не смог, было оно мелкое, наполненное скучными дрязгами – а запомнил вот что:
На каждой странице он по нескольку раз обращался с вопросом/упреком к начальству «Вы…» и писал это ВЫ как-то особенно крупно, витиевато и на большом расстоянии от соседних слов. Я перелистывал дело и дивился – никогда в жизни не видел столько «Вы» в одном документе: ВЫ, ВЫ, ВЫ, ВЫ…
А потом это ВЫ подперло его предсмертным воплем шкаф".

Если упростить

Войны на Донбасе не было бы, если бы не Крым.
Крыма бы не было если бы не майданный переворот.
Переворота не было, если бы Меркель сказала ему "нет".
Но как она могла это сделать когда народ скакал а элиты хотели Запада?
Была еще Россия, но ее (вот случай!) следовало, по доброму или по плохому, поставить на место - и Меркель поддержала переворот.

Наступили последствия, Россию начали ставить на место по плохому. Санкции, малайзийский Боинг, неньку превратили из обретенной европейской дочери в казацкий таран. Народ, как всегда, занят лирикой, Украиной, Новороссией, боями, Макаревичем. А все, что происходит - это нас ставят на место, придравшись к Сараево, к Порошенко. Разумеется, они не желают доводить дело до войны, но ведь и аппетит приходит не сразу, а во время еды.