July 30th, 2014

Про наше угодничество

Три месяца многие у нас выискивали крупицы положительного о России в иностранной прессе, в речах западных политиков. А НЕ НАДО. Надо вот так относиться:
Сталин — Молотову и другим об ошибке с опубликованием речи Черчилля и других вопросах. 10.11.1945 г. Шифровка из Сочи.

"Первое. Считаю ошибкой опубликование речи Черчилля с восхвалением России и Сталина. Восхваление это нужно Черчиллю, чтобы успокоить свою нечистую совесть и замаскировать свое враждебное отношение к СССР, в частности, замаскировать тот факт, что Черчилль и его ученики из партии лейбористов являются организаторами англо-американско-французского блока против СССР. Опубликованием таких речей мы помогаем этим господам. У нас имеется теперь немало ответственных работников, которые приходят в телячий восторг от похвал со стороны Черчиллей, Трумэнов, Бирнсов и, наоборот, впадают в уныние от неблагоприятных отзывов со стороны этих господ. Такие настроения я считаю опасными, так как они развивают у нас угодничество перед иностранными фигурами. С угодничеством перед иностранцами нужно вести жестокую борьбу. Но если мы будем и впредь публиковать подобные речи, мы будем этим насаждать угодничество и низкопоклонство. Я уже не говорю о том, что советские лидеры не нуждаются в похвалах со стороны иностранных лидеров. Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня..."

(9 ноября 1945 года в "Правде" с некоторыми сокращениями была перепечатала речь Черчилль в Палате общин, которую он произнес 7 ноября в качестве лидера консервативной оппозиции. Среди прочего он сказал о Сталине: "Я лично не могу чувствовать ничего иного, помимо величайшего восхищения по отношению к этому подлинно великому человеку, отцу своей страны, правящему судьбой своей страны во времена мира и победоносному ее защитнику во время войны").

Юрий Кузнецов

Двое
"Где-то в поезде ехали двое,
Невпопад говорили, и вдруг
Я словечко услышал такое -
До сих пор пресекается дух.
Глянул: бабка над внуком рыдала
И рыданьем баюкала слух.
- Кто тут был?
- Никого не бывало… -
До сих пор пресекается дух.
И словечко-то, право, пустое,
И расслышал его я не так:
- В этом мире погибнет чужое,
Но родное сожмётся в кулак".

Безбашенные

"20 апреля 2000 года полутонная ракета «Точка-У» запущенная во время учений на Гончаровском полигоне в Черниговской области сбилась с курса и упала на многоэтажный дом в тихом городке под Киевом - Броварах (90 км от полигона). Она пробила потолочные перекрытия девяти этажей и разнесла столы в паспортном отделе на первом. Погибли три человека. Ракета была учебной, именно поэтому удалось избежать больших жертв. Сначала людей уверяли, что взорвался газ. Затем военные несколько дней не признавали свою вину и даже указывали место на полигоне, которое якобы поразила ракета. Но расследование показало: в здание попала ракета, запущенная с Гончаровского полигона".
---
А сейчас ракетой с боевой начинкой по Донбассу шмаляют. И нисколько не боятся, запорожцы, что опять не туда улетит.

Мужик и фашисты

К этому

"Он покурил, встал, подцепил пулемет, покатил дальше. Вещмешок на белой спине, до земли клонит. Отец говорил, что еще тогда подумал, что не дойти солдатику. Старый уже - за сорок. Сломался, говорит, человек. Сразу видно...

Отступили и саперы. Отойти не успели, слышат - бой в станице. Части арьергарда встали. Приказ - назад. Немцы станицу сдают без боя. Входят. На центральной площади лежит пехотный батальон. Как шли фрицы строем, так и легли - в ряд. Человек полтораста. Что-то небывалое. Тогда, в 42-м, еще не было оружия массового поражения. Многие еще подают признаки жизни. Тут же добили...

Вычислили ситуацию по сектору обстрела. Нашли через пару минут. Лежит тот самый - сломавшийся. Немцы его штыками в фаршмак порубили. "Максимка" ствол в небо задрал, парит. Брезентовая лента - пустая. Всего-то один короб у мужичка и был. А больше и не понадобилось - не успел бы.

Победители шли себе, охреневшие, как на параде - маршевой колонной по пять, или по шесть, как у них там по уставу положено. Дозор протарахтел на мотоциклетке - станица свободна! Типа, "рюсськие пидарасы" драпают. Но не все...
Один устал бежать. Решил Мужик постоять до последней за Русь, за Матушку... Лег в палисадничек меж сирени, приложился в рамку прицела на дорогу, повел стволом направо-налево. Хорошо... Теперь - ждать.

Да и ждал, наверное, не долго. Идут красавцы. Ну он и дал - с тридцати-то метров! Налево-направо, по строю. Пулеметная пуля в упор человек пять навылет прошьет и не поперхнется. Потом опять взад-вперед, по тем, кто с колена, да залег озираючись. Потом по земле, по родимой, чтобы не ложились на нее без спросу. Вот так и водил из стороны в сторону, пока все двести семьдесят патрончиков в них не выплюхал.

Не знаю, это какое-то озарение, наверное, но я просто видел тогда, как он умер. Как в кино. Более того, наверняка знал, что тот Мужик тогда чувствовал и ощущал.

Он потом, отстрелявшись, не вскочил и не побежал... Он перевернулся на спину и смотрел в небо. И когда убивали его, не заметил. И боли не чувствовал. Он ушел в ослепительную высь над степью... Душа ушла, а тело осталось. И как там фрицы над ним глумились, он и не знает".