August 20th, 2013

Утреннее чтение

В.В. Розанов
Война 1914 года и русское возрождение
:
"...- Почему? Ведь педагог, просветитель? Для крестьян!
- Да. Но он был христианин. Он любил церковь. Он учил детей любить Россию.
Других преступлений не было... Дело было вовсе не в "славянофильстве" и "западничестве". Это - цензурные и удобные термины, прикрывавшие собою далеко не столь невинное явление. Шло дело о нашем отечестве, которое целым рядом знаменитых писателей указывалось понимать как злейшего врага некоторого просвещения и культуры, и шло дело о христианстве и церкви, которые указывалось понимать как заслон мрака, темноты и невежества; заслон и - в существе своем - ошибку истории, суеверие, пережиток, "то, чего нет".

...- Россия не содержит в себе никакого здорового и ценного зерна. России собственно - нет, она - только кажется. Это - ужасный фантом, ужасный кошмар, который давит душу всех просвещенных людей. От этого кошмара мы бежим за границу, эмигрируем; и если соглашаемся оставить себя в России, то ради того единственно, что находимся в полной уверенности, что скоро этого фантома не будет; и его рассеем мы, и для этого рассеяния остаемся на этом проклятом месте Восточной Европы. Народ наш есть только "среда", "материал", "вещество" для принятия в себя единой и универсальной и окончательной истины, каковая обобщенно именуется "Европейскою цивилизациею". Никакой "русской цивилизации", никакой "русской культуры"...

Но тут уже даже не договаривалось, а начиналась истерика ругательств. Мысль о "русской цивилизации", "русской культуре" - сводила с ума, парализовала душу... Это было то черное, что если не заставляло болеть и умирать Стасюлевичей и Краевских, Пыпиных и других профессоров, то лишь единственно потому, что они были в обладании всеми средствами, чтобы заставить умереть и захворать своих противников. В "обладании всеми средствами": ну, понятно, какие это "средства" в духовном мире, в идейном мире. Это - лишение права слова; моральное его лишение, литературное его лишение. Белинский дал понять "своим", т. е. дал понять всей читающей России, что славянофильство есть некоторое "неприличное место" в духовной жизни нашего общества. Писарев, которому вся Россия также кинулась навстречу, - называл славянофильских писателей и ученых "Ванькиной литературой".
- Потому, что они верят в Бога и признают Россию".

Как бунт

Гражданская война ведь не была в том виде как рисуют. Это было подавление бунта, анархии, стихии большевиками.
Именно это действо отбрасывало отблеск на события тридцатых - а вовсе не "правильная" война с золотопогонниками.

В коллективизацию и в 37-м коммунисты бунт подавляли а не с врагом воевали, делали то, что на тот момент только и умели, победители хаоса. Отсюда, во-первых массовость террора, во-вторых - его свирепость. Ведь каждый погибал не как открытый доблестный враг, а как потенциально зараженная чумой крыса. Вот так.

Набоков о "Шинели"

...И вот, если подвести итог, рассказ развивается так: бормотание, бормотание, лирический всплеск, бормотание, лирический всплеск, бормотание, лирический всплеск, бормотание, фантастическая кульминация, бормотание, бормотание и возвращение в хаос, из которого все возникло. На этом сверхвысоком уровне искусства литература, конечно, не занимается оплакиванием судьбы обездоленного человека или проклятиями в адрес власть имущих. Она обращена к тем тайным глубинам человеческой души, где проходят тени других миров, как тени безымянных и беззвучных кораблей.