July 19th, 2012

Об одной расхожей идее

Раньше был для интеллигенции народ а теперь - конкурент, который дорогу не уступил и парковку занял. Правильно Латынина говорит: хам в большом городе. Откуда ему взяться в Москве, мужику Марею? А в Замкадье (известно) жизни нет, вот и выходит - нет в России и "народа". Теорема доказана.

Горстка героев

Виталий Каплан. Новый русский антиклерикализм:
По-моему, современными антиклерикалами движет вполне реальный страх. Они действительно боятся, что Церковь получит политическую власть в стране и установит тоталитарную диктатуру, начнет силовыми способами подавлять всякое инакомыслие, загонит несогласных в концлагеря (иные договариваются и до костров инквизиции). Но у такого страха есть интересные оттенки. Я бы сказал, что это сладкий страх. Чем-то сродни ужастикам про Черную Простыню и Красное Пятно, которые дети в летних лагерях рассказывают после отбоя. Очень заметно, что антиклерикалам нравится бояться. Это ведь очень эстетично — надвигающаяся Тьма, и горстка безупречных борцов встает у нее на пути, и предполагаемый их пепел будет стучать в чьих-то сердцах, а память — жить в будущих веках

По волнам моей памяти

Проханов вспоминает:
«Надо сказать, что это была пора очень сильного, резкого всплеска антисемитизма в России. По сравнению с сегодняшним уровнем антисемитизма тот превышал, наверное, трижды или четырежды нормы радиоактивности. Потому что наши советские евреи, которые захватили, по существу, всю собственность советскую, не стеснялись еще и гордиться этим. Появилась статья одного из олигархов крупных, где он говорил: да, мы, евреи, владеем примерно 60 процентами финансов российского рынка и 60 процентами всей собственности. Такие публикации ошеломляли, они вызывали ненависть» («Хождение в огонь»).

Проханов путает – речь идет о съемках Израильского ТВ, где группа олигархов похвалялись сколько наворовали в далекой и глупой России. А про себя помню – возроптал после того как в течении одной недели по центральным каналам показали 5 (пять) фильмов из еврейской местечковой жизни.

Хочу зафиксировать для истории: в 1985-86гг. для русского человека с окраины, евреи, по значительности и занимательности стояли где то рядом с чукчами или гуцулами (я не шучу). И вдруг, в одно прекрасное утро, ему этот чукча весь свет застилает – вообразите! Про него поют, выплясывают, с утра до ночи рассказывают о его трудной жизни и выдающихся способностях, - ну и… заинтересовались люди, был такой грех.

Тот эпизод

Тот эпизод, когда я отделился от своего тела и видел себя с высоты 10 метров и видел лес до горизонта, верхушки леса в слабых лучах заката и еще одна тонкость: думал о теле со скукой ("надоело, когда только УГОМОНИТСЯ") - имея такое переживание, о смерти думаешь... Впрочем, прервусь.

Вот, кстати, -Ходасевич:
Эпизод
"...Это было
В одно из утр, унылых, зимних, вьюжных,-
В одно из утр пятнадцатого года.
Изнемогая в той истоме тусклой,
Которая тогда меня томила,
Я в комнате своей сидел один. Во мне,
От плеч и головы, к рукам, к ногам,
Какое-то неясное струенье
Бежало трепетно и непрерывно -
И, выбежав из пальцев, длилось дальше,
Уж вне меня. Я сознавал, что нужно
Остановить его, сдержать в себе,- но воля
Меня покинула... Бессмысленно смотрел я
На полку книг, на желтые обои,
На маску Пушкина, закрывшую глаза.
Всё цепенело в рыжем свете утра.
За окнами кричали дети. Громыхали
Салазки на горе, но эти звуки
Неслись во мне как будто бы скозь толщу
Глубоких вод...
В пучину погружаясь, водолаз
Так слышит беготню на палубе и крики
Матросов.
И вдруг - как бы толчок,- но мягкий,
осторожный,
И всё опять мне прояснилось, только
В перемещенном виде. Так бывает,
Когда веслом мы сталкиваем лодку
С песка прибрежного; еще нога
Под крепким днищем ясно слышит землю,
И близким кажется зеленый берег
И кучи дров на нем; но вот качнуло нас -
И берег отступает; стала меньше
Та рощица, где мы сейчас бродили;
За рощей встал дымок; а вот - поверх деревьев
Уже видна поляна, и на ней
Краснеет баня.

Самого себя
Увидел я в тот миг, как этот берег;
Увидел вдруг со стороны, как если б
Смотреть немного сверху, слева. Я сидел,
Закинув ногу на ногу, глубоко
Уйдя в диван, с потухшей папиросой
Меж пальцами, совсем худой и бледный.
Глаза открыты были, но какое
В них было выраженье - я не видел.
Того меня, который предо мною
Сидел,- не ощущал я вовсе. Но другому,
Смотревшему как бы бесплотным взором,
Так было хорошо, легко, спокойно.
И человек, сидящий на диване,
Казался мне простым, давнишним другом,
Измученным годами путешествий.
Как будто бы ко мне зашел он в гости,
И, замолчав среди беседы мирной,
Вдруг откачнулся, и вздохнул, и умер.
Лицо разгладилось, и горькая улыбка
С него сошла.
Так видел я себя недолго: вероятно,
И четверти положенного круга
Секундная не обежала стрелка.
И как пред тем не по своей я воле
Покинул эту оболочку - так же
В нее и возвратился вновь. Но только
Свершилось это тягостно, с усильем,
Которое мне вспомнить неприятно.
Мне было трудно, тесно, как змее,
Которую заставили бы снова
Вместиться в сброшенную кожу...

Снова
Увидел я перед собою книги,
Услышал голоса. Мне было трудно
Вновь ощущать всё тело, руки, ноги...
Так, весла бросив и сойдя на берег,
Мы чувствуем себя вдруг тяжелее.
Струилось вновь во мне изнеможенье,
Как бы от долгой гребли,- а в ушах
Гудел неясный шум, как пленный отзвук
Озерного или морского ветра".

25-28 января 1918

Смешно про ортодоксов

Кто мы?

Достоевский: «…Таковы, например, евреи, начиная с Авраама и до наших дней, когда они обратились в жидов» - А русские? "Начиная с 1812 года и до наших дней когда они обратились…" В кого?

Фантомас снимает маску

Станислав Белковский
"Лично у меня на даче есть трехлитровая банка напалма и гранатомет, оставшийся от дедушки, и я готов предложить Владимиру Владимировичу услуги по борьбе с оппозицией при одном условии – он как президент меня помилует. Я человек, который много лет бесплатно и бескорыстно работал с оппозицией. Я им давал деньги, а не они мне. Худшей мерзости не встречал. Более лживых, мерзопакостных, неискренних людей, чем российская оппозиция и так называемая прогрессивная общественность не существует в природе".
Если не верите, что это Белковский, то вам сюда

Грех русскости

Не странно ли - самый русский человек, Пушкин, был родом из негров а по образованию - француз. И это: ...в Испании он испанец, с греком - грек, на Кавказе - вольный горец. И самое важное, - БЛАГОДАРЯ этому а не "вопреки". Грех это свойство "русскости" не использовать - а они борются.

В ответ – короткие гудки.

Прошелся по классику

Попытка разобраться

Вот, типичное теперь у Лимонова: «Мимо меня нельзя было пройти в любом случае. Но я удачливый тип и вот удостоился европейского признания при жизни. Впрочем, сейчас они пока еще упиваются парадоксами моей неординарной биографии».
Сравним с Прохановым. Оба писатели сильно преклонных лет. Почему один из них (будем называть вещи своими именами) откровенно впадает в маразм а у второго прямо ренессанс? Сильно меня занимает секрет интеллектуальной молодости Проханова – может через деградацию Лимонова пойму?

Самовлюбленность – раз,
Безыдейность – два,
Суета вместо работы – три,
«Элементы сладкой жизни» - четыре,
Круг общения из таких же уродов – пять.

Хм. Отсюда:
Скромность,
Вера хоть во что ни будь,
Труд,
Опрятность быта,
Общение с людьми дела.
Не очень то и много – но гарантировано не впадешь в маразм а-ля дед Лимон и чуть ближе станешь к Проханову в старости.

Он не только опасен но и вооружен

Версия о пуссирайт

"Бесы вышли из русского человека и вошли в стадо свиней, то есть в Нечаевых, в Серно-Соловьевичей и проч. Те потонули или потонут наверно, а исцелившийся человек, из которого вышли бесы, сидит у ног Иисусовых. Так и должно было быть. Россия выблевала вон эту пакость, которою её окормили, и, уж конечно, в этих выблеванных мерзавцах не осталось ничего русского" (Достоевский)
Сейчас сказали что Толоконниковой муж имеет вид на жительство в Канаде и она на полпути к этому. Стремятся. Мне наплевать, но больно однообразно  это у них у всех.