April 25th, 2011

Один из них

Дм. Быков пишет повести «с направлением». И несмешные антисоветские частушки. Должно быть очень счастливый человек раз в петлю от этого не залез.

Метода Эха

Александр Панарин:
«Еврейская критика России обладает удобными признаками неуловимой идентификации: с одной стороны, ее инвективы подаются как этнически нейтральные, “общечеловеческие”, с другой – в них нет ни сочувствия, ни ответственности, присущих действительно имманентной критике, озабоченной тем, чтобы не убить, а исправить. Еврейская критика России, как правило, не говорит о том, что она выражает еврейскую точку зрения, - она предпочитает ту специфическую пограничную и связанную с пограничным статусом экстерриториальность, сочетая непримиримую оппозиционность с непогрешимой объективностью»

Еще про ЖЖ

В.Розанов:
«Вся жизнь русская, вся мысль русская, все нервы русские разделились на что-то " полицейское" и "антиполицейское", и умерло решительно все, кроме двух желаний: удержаться самим в полиции – это «правительственная программа»; или выгнать «тех» вон и на место их сесть самим в полицию – это «пожелание общества».

Какой-то "рай", за обладание которым все спорят: квартальные, профессора, гимназисты, дамы. "Кому сесть в полицию, нам или им", - об этом написаны все повести, рассказы, много стихов, толстые и печатные рассуждения. Когда однажды я несколько высказался в печати в сторону всеобщего успокоения и примирения, то в ответ получил письмо, очень характерное ПО ТОНУ:

«Кого вы хотите обмануть своей елейностью? Разве есть в мире общество более загаженное полицией чем русское? Правительство приложило все старания к тому, чтобы воспитать общество в духе полиции, полицейского сыска и шпионства, дать обществу полицейские нравы и настроение. Разве есть в мире общество более шпионское, умеющее находить наслаждение в злословии и травле, способное считать сыщика за человека, предполагать в нем человеческую душу? Полиция, этот заразный и злокачественный придаток стала законодательницей выше самодержца: она предписывает правила нравственности, правила поведения, правила воспитания детей и взаимных отношений. Разве мыслимо общество , более омерзительное, чем современное русское, у которого образец, идеал – сыщик».

Вот больной тон человека, отравившегося политикою. Автор уже не в силах обернуться на себя и заметить, что он сам "находит наслаждение в злословии и травле" и подлежит сам убийственным определениям своего письма. Куда же такого деть, как не посылать арестовывать, хватать, казнить? Казнь уже стоит в его душе, как мечта, как идеал

… Иногда кажется, что лучший спор с политикой и политиками – цитировать Пушкина, читать чаще Пушкина; после прочтения новой книжки «Русского богатства» взять да и переписать своею рукою что-нибудь из Пушкина».