September 24th, 2009

О кайфе быть средством

Для коммунистов и христиан человек – цель. Отсюда безжалостность к нему как к самому себе. В либерализме человек – средство, отсюда бережливость к нему как к инвентарю. Порыв и требовательность с одной стороны; «задавание корма» - с другой. Вот суть – и совершенно понятно поэтому их бесконечное зуденье о свободе – на воре шапка горит.

(Адорно и Хоркхаймер определяли западную организацию жизни (ту самую, “свободную”, которой они так славно величаются) - как «индустрию культуры, являющуюся возможно, наиболее изощренной и злокачественной формой тоталитаризма», а французский философ С. Московичи отнес тип западной власти к разновидности духовного деспотизма, «более отвратительного даже чем деспотизм “классический”. Он писал, что власть на Западе – «привлекает средства коммуникации и использует их как кровеносную систему. Они простирают свои ответвления повсюду, где люди собираются, встречаются и работают. Они проникают в закоулки каждого квартала, каждого дома, чтобы запереть людей в клетку заданных сверху образов и внушить им общую для всех картину действительности... внешнее подчинение уступает место внутреннему подчинению масс, видимое господство подменяется духовным, незримым господством, от которого невозможно защититься»).

Еще о болоте

ЯН ШЕНКМАН, литературный критик:
"В литературе, как и в остальных областях жизни, потихоньку перестает работать социальный лифт. В писатели, как и во власть, как и в большой бизнес, перестали пускать людей с улицы. Прием в гении закрыт, все места заняты, приходите завтра.

В 90-х у нас был слишком большой выбор, но не было иерархии. Не было мощной пиаровской машины, которая есть сейчас. Не было механизма делания имен. Вот и создавалось ощущение, что писатели пишут будто бы в пустоту и большой литературы в России нет. А сейчас будто бы есть. Но ведь дело не в этом. Просто издатели поняли, что невозможно продавать литературу вообще, но можно продавать бренды.

В серьезной литературе она воплощена стабильным, почти не меняющимся последние годы списком авторов. Нечто вроде правления Союза писателей. Чем они лучше остальных? Тем, что книжный менеджмент настаивает на них. Нельзя распылять внимание покупателя. Надо сосредоточить его на трех-четырех фигурах и делать суперпродажи. Почему бы не на этих? Какая разница? Вот ты, ты и ты — писатели. Остальные свободны".

Отсюда

(Там еще дальше писатель Д.Быков с жаром оспаривает мнение критика: «Все по таланту!»)

Как бы нам сойти с этого трамвая...

Андрей Фурсов:
"Сытый, пожилой, социально атомизированный буржуазный, квазихристианский отполиткультуренный и отмультикультуренный разными способами и в разных позициях белый человек Западной Европы и Северной Америки, с одной стороны, и голодный, молодой, агрессивный, антибуржуазный, с ярко выраженными коллективными ценностями человек небелый, тёмный (часто не только в прямом, но и в переносном смысле) — вот реальное «светлое» будущее Запада.

Это уже не просто «закат Европы», а закат Европы в лунку Истории без шансов выкарабкаться. Если к этому учесть, что «западники» разучились работать — утрачена трудовая этика и сражаться — утрачены боевые навыки, то перспектива выглядит ещё более мрачной.

«У наших зажравшихся европейских братьев, — пишет С.Хелемендик в книге «Мы… их» (Братислава, 2003 г.)– нет инструментов для того, чтобы выгнать албанских пришельцев. А вот у албанцев инструментов достаточно — героин, белое мясо, рэкет. […] наши упитанные браться зажрались. Им кажется недостойным носить тарелки в ресторанах и водить трамваи. А нашим чёрно-жёлтым братьям мыть тарелки в Вене или Мюнхене кажется занятием благородным. Вот и всё, вот и обещанный закат Европы». И — вывод-кода: «Наши упитанные европейские братья уже всё просрали! Это заключение я повторял много раз, куля по главному франкфуртскому бульвару под названием “Цайл”. Они уже закончили своё существование в истории, их уже нет». Грубовато, но точно.

«Раша гудбай!» в исполнении Орбакайте

Мелкие радости

Девушка открывает дверь своей иномарки и торжествующе смотрит внутрь - словно в сейф набитый золотом. Не понял. Потом понял: туда она отводила взгляд от безлошадной толпы вокруг.

Опять в ЖЖ кошмарят «черными»

Уже и у нас пора потоком снимать фильмы на манер «Смертельного оружия» - с друзьями-милиционерами, русским и дагестанцем – для воспитания толерантности. Госзаказ – а Михалков освоит, снимет «12-2» «про дальнейшую судьбу героев».