February 12th, 2009

О футболе

Сергей Круглов "МАНЧЕСТЕР ЮНАЙТЕД" ПОБЕДИЛ "ЧЕЛСИ" И ПИЛ ИЗ ПРИЗОВОГО КУБКА КРОВЬ ПОБЕЖДЕННЫХ

"Тогда, раньше – это были совсем другие времена.
Это был другой футбол.
Выходили, как казаки в Париж, дивились на чужаков, на басурманские имена,
Клялись перед строем, за Родину выдавали гол.

Теперь – все друг друга знают в лицо,
В мужской пот, в глаза, в негритянскую биографию, в рейтинг аукционной цены,
Братски красиво рвут ближнему горло, крушат колени, сердце, плюсну, яйцо
На полях звёздной войны.

Словно Иерихонская Джейн, смерть и похоть поёт
Свинцовый полированный мяч, -
Это цацлоба каннибалов, это шахсей-вахсей живота («…не на живот!») -
Мачо, не плачь!

И когда над колизеем пронзительные лучи
Судная раскинет звезда, за две секунды перед концом, -
Клыкастые тени болельщиков хлынут флуоресцентными ордами саранчи
С нечеловечьи людским лицом".

Венедикт Ерофеев

«Не могу согласиться с глубоко мною чтимым М. Л. Гаспаровым, в своих блестящих «Записях и выписках» однозначно назвавшим Веню антисемитом. Хотя, конечно, его отношение к евреям во многом обуславливалось вдумчивым чтением Розанова и, соответственно, было по меньшей мере амбивалентным. Кроме того, сюда примешивался и фрондерский протест против традиционной юдофилии российской либеральной интеллигенции, тогда как и о первой, и о второй Веня обычно отзывался с неприкрытой неприязнью. Но в бытовом и чисто человеческом плане ни о чем подобном не могло идти даже речи, и здесь никого не должны вводить в заблуждение некоторые Венины бонмо из посмертно опубликованных записных книжек или то, что словечко «жидяра» было одним из самых употребительных в его лексиконе. Впрочем, уже тогда (а сейчас и подавно) антисемитизм вовсе не представлялся мне каким-то непростительным грехом для российского писателя».

Марк Фрейдкин о Венедикте Ерофееве

Откуда пошло

Он был лишен инстинкта стандартного поведения в стандартных ситуациях («бьют – беги»). Был, что назыается «идиотом».