"Бедный Робин Крузо! Где ты? Где ты? Как ты сюда попал?"

Разгар "дела Бродского", Дмитрий Бобышев вспоминает:
«..Иосиф чего-то (или кого-то) ожидал в тот момент, даже прислушивался к наружной двери. Наконец там что-то заскрипело и брякнуло, послышались шаги, голоса, вошел его отец в пальто и кепке, а с ним еще трое солидного возраста мужчин, одетых почти одинаково. На их плечах широко висели добротные “мантели” песочного цвета, а на головах прямо стояли шляпы “федоры”, причем без залома. Я и прежде встречал людей подобного – хотя и консервативного, но не совсем обычного – вида на улице и не знал, кто они, а теперь догадался. Молодец Александр Иванович! Он решил спасать сына по-своему.
– Вот он, герой... – с упреком указал он на Иосифа.
– Покажите, что там у вас есть, – сказал старший, не раздеваясь и не снимая “федоры”.
– Вот, вот и вот... – заторопился Иосиф, протягивая ему листки.
Тот стал читать, что называется, себе под нос, изредка комментируя и как бы изумляясь складности простых описаний:
– “Толковали талмуд, оставаясь идеалистами...” Хм, может быть, кто-то и оставался... “И не сеяли хлеба, никогда не сеяли хлеба...” Хм. “... Мир останется прежним... ослепительно снежным и сомнительно нежным”. Да уж, вот именно, что сомнительно...
Все ясно. Жозеф ему сунул “Еврейское кладбище” и “Пилигримов” из-за тематики. Но это же все старое. А, кстати, я и не знал, что “Пилигримы” – это про евреев, думал, что про поэтов. Впрочем, ведь Цветаева... И я решил высказать им в помощь свое мнение:
– Это же совсем ранние стихи. Сейчас он пишет гораздо сильнее, масштабнее... Иосиф, покажи лучше “Исаака и Авраама”.
– А что здесь делает этот гой? – пробормотал старший.
Иосиф сунул мне пальто и, обняв за плечи, незамедлительно вывел меня на лестницу".
Отсюда

После 1985-1999гг – так и не появилось «Вех» с объяснениями – потому что совершенно излишне – старые все объясняют. Ну, разве что с приложением «Русофобии» Шафаревича, «Образованщины» Солженицына и «Москва-Петушки». Выпустили бы томик на двадцапятилетие БЕДЫ.

Не мог объяснить себе долго – почему в 37-ом расстреливали? Почему не давали 25 лет, не обращали в «лагерную пыль»? Зачем убивать?! Кожинов пишет, что из-за близости к Гражданской войне и ее крови – но «вегетарианские времена» были к ней еще ближе? Зачем вдруг в 37-ом смерть, массовая и безумная?

Пришел к выводу – то была ДЕЦИМАЦИЯ, практически на поле боя, под канонаду, - «Виновен, не виновен, трус, храбрец, бежал, стойко бился – казнить каждого десятого, и, - в бой! Для чего то даже французы такое устраивали (в Первую Мировую). И тут – «солдаты партии» накануне бойни еще более ужасной.

В «Жизни и судьбе» один герой видит во сне Бухарина со словами: «Кадры, прошедшие чистку тридцатых, способны на все». Децимация, простая децимация.

Была такая знаменитая программа «Взгляд». Четыре парня в студии режут правду-матку и врубают рок. «Взглядомания», чудовищная, небывалая, фантастическая популярность. Только сейчас обратил внимание – насколько Любимов внешне напоминал Маккартни, а Листьев (с оговорками) – Леннона. Ну и где-то сзади Мукусев с Политковским.
Это случайно их так подобрали и рассадили? Вероятнее – да. А может и нет - ведь так высоки были ставки.

СССР - наше деревенское детство

"В СССР за все время его существования не было выпущено ни одного нормального магнитофона, стиральной машины или кухонного комбайна. Спутник и Луноход – да. А стиральная машина – нет. Эта страна была совершенно не предназначена для жизни простого обывателя вроде меня. Это была страна для героев. Но, видите ли, не все хотят быть героями.

Давайте сравним количество хороших кинофильмов, снятых в США и в СССР. Вы знаете, что «Волга-Волга» вышла всего за год до «Унесенных ветром»? Сравните их качество.

Кино и литература? Ну давайте сравним количество значительных книг на русском и на английском языке, написанных за последние девяносто лет.

Советские вузы, как и советские заводы, выпускали никому не нужный хлам. Качество советского образования – это миф.

Вы никогда не задумывались над тем, что если бы не было Сталина, то и войны никакой наверняка не было бы?

Версия о том, что СССР и Сталин своим ядерным оружием спасли мир от третьей мировой войны, тоже лжива, поскольку если бы не было Сталина и СССР, не было бы никакой опасности третьей мировой войны.

Гайдар просто сказал всем нам: Чу! И морок закончился. Мы вдруг посмотрели вокруг и увидели, что из тысячи лет истории нашей страны семьдесят попросту вычеркнуты. Их нет. Они были зря. Русский народ ничего не сделал для себя и для мира за эти семьдесят лет".
Максим Кононенко, журналист 2009 год.

"Как ни верти, она — обанкротившаяся страна. Сырьевой придаток. Безусловная эмиграция всех, кто умеет думать... изобретать.... Они ведь потому до сих пор восхищаются своим балетом, своим классическим балетом, своей литературой, что не в состоянии ничего нового сделать. … Этот многострадальный народ страдал по собственной вине. Поэтому этот народ по заслугам пожинает то, что он плодил".
Альфред Кох, бывший вице-премьер 1998 год.

«Советский Союз – это совсем не та страна, которую вы изображали в школьных учебниках и своей лживой прессе. Советский Союз – это еще и крестьянские восстания, жертвы коллективизации и Голодомора, сотни тысяч невинно расстрелянных по чекистским подвалам и миллионы замученных в ГУЛАГе под звуки поганого михалковского гимна. Советский Союз – это бессрочные психушки для диссидентов, убийства из-за угла, и на бесчисленных лагерных кладбищах – безымянные могилы моих друзей-политзаключенных, не доживших до нашей свободы».
Александр Подрабинек, правозащитник 2009

P.S. Розанов: «У француза «Chere France», у англичан «Старая Англия». У немцев «наш старый Фриц». Только у прошедшего русскую гимназию и университет —«проклятая Россия».

Самая знаменитая байка эпохи доказательств приоритета русских во всем на свете начала пятидесятых:
Крякутный — по существовавшей до 50-х годов XX века версии — русский изобретатель и воздухоплаватель, который в 1731 году совершил первый в истории полёт на воздушном шаре (аэростате).
Статья о Крякутном была внесена во 2-е издание Большой Советской энциклопедии; о полёте было написано в школьных учебниках; в 1956 году, к 225-летию полёта, была выпущена памятная марка, и в Нерехте был воздвигнут памятник Крякутному, у которого принимали в пионеры. В книге С. Вишенкова «Александр Можайский», в частности, было отмечено:
«В 1731 году в Рязани подьячий Крякутный построил воздушный шар и совершил на нём удачный подъём (…) Так, за 52 года до братьев Монгольфье, долгое время считавшихся изобретателями воздушного шара, русский человек Крякутный построил воздушный шар и испытал его»

Но вот что любопытно – после этой, во многом смешной, кампании «Россия – родина слонов» - мы действительно ПЕРВЫМИ запустили спутник и ПЕРВЫМИ человека. Отсмеялся кое-кто – а потом челюсть отвисла: «Действительно ведь русские – ПЕРВЫЕ». После утробного смеха над «крякутными». Как тут не подумаешь, что мифы эти и сказки сталинские – помогли?

«Артем Боровик как-то сказал: "Дело волчат". Я спросил: а что это за дело? Он коротко рассказал: мальчик, девочка, сын наркома, дочь посла, выстрелы на Каменном мосту, два трупа. И вот Сталин вроде бы сказал, узнав суть дела: "Волчата..." С одной стороны, никто никогда про эту трагедию не писал больше четырех абзацев, а с другой — все в этой истории абсолютно ясно.

…В 1942-1943 годах группа учащихся "правительственной" 175-й школы под руководством Владимира Шахурина (на фото), сына наркома авиационной промышленности СССР Ивана Шахурина, создала подпольную организацию "Четвертая империя": они восхищались эстетикой Третьего рейха, образовали теневое правительство, именовали друг друга группенфюрерами и рейхсфюрерами. После загадочной гибели в июне 1943 года на Каменном мосту в Москве ученицы этой школы — дочери посла СССР в Мексике Нины Уманской, которую, по официальной версии, застрелил Шахурин, а затем выстрелил в себя — были арестованы восемь подростков. Среди них — двое сыновей Микояна, племянник Сталина, сын академика Бакулева, входившие в "Четвертую империю". Сталин, узнав об этом деле, по легенде, произнес: "Волчата". Провинившиеся дети вождей были высланы из Москвы, дело замято».

Отсюда

Вид на Дом Советов со стороны Октябрьского проспекта. Правее за спиной дом, где я прожил первые 12 лет. К этому Дому Советов мы запросто ходили играть в футбол, прямо под окна к областному начальству – а с нами еще бродячие собаки. Так просты были нравы.



Знаменосцы. Колонна поднимается к Театральной площади, где располагались трибуны с областным и городским руководством, передовиками и т.д. Нашей самой радостной детской забавой в дни праздника было - с чужими колоннами как можно больше раз пройти перед трибунами на площади.



По-видимому колонна железнодорожников



Завод «Сельмаш»



Впереди шло руководство предприятия



Завод «Маяк». Производил что-то военное. Иногда оттуда в наши руки попадала пулеметная лента. Завод располагался рядом со школой № 37 в которой я учился. Танцевальная группа с нашего класса ходила в обеденный перерыв на завод к шефам, и плясала перед рабочими некий танец «Топотушки».



Конструкторское бюро «Север». Не слышал про такое.



На самых подступах к Театральной площади. Из окон домов смотрят жильцы. Демонстрация по тем временам – лакомое развлечение, и поглядеть и поучаствовать.



Колонна, все смеются. Ноябрь 1968 года. Где то Париж, где то Прага – а в Кирове весело.



Весело



На трибуне после демонстрации. Милиционер еще в старой, синей форме. Я на его фоне.



На родном дворе. Я крайний, строю рожки соседу по коммуналке.

»Но что считать объективной передачей реальности? В начале 1920-х годов проводились исследования, как люди воспринимают живопись, в частности в Третьяковской галерее. Заметьте: реалистическую живопись. Выяснилось, что крестьянам приходится обводить пальцем, как слепым, контуры боярыни Морозовой, чтобы понять, что изображено на этой картине… Они не отличали фигуры и фона, не говоря уж о сюжете картины. Вот вам и объективная прямая перспектива…”

Писатель Д.Быков о "Грузе 200" Балабанова:
кадр, в котором на кровати гниет в парадной форме мертвый десантник, поперек кровати лежит голый застреленный Баширов, в углу комнаты околевает настигнутый мстительницей маньяк, а между ними на полу рыдает в одних носках его голая жертва, невеста десантника, а в комнате кружат и жужжат бесчисленные мухи, а в кухне перед телевизором пьет и улыбается безумная мать маньяка, а по телевизору поют „Песняры” — разумеется, „Вологду-гду”, — этот кадр служит абсолютной квинтэссенцией русской реальности начала 80-х.

Интересно, а квинтэссенцией «начала 90-х» для него какой кадр служит? Предполагаю, что ни будь из «Кубанских казаков»…

Не мог не вспомнить стихи Емелина про «начало 80-х»:
Не бил барабан перед смутным полком,
Когда мы вождя хоронили,
И труп с разрывающим душу гудком
Мы в тело земли опустили.

Серели шинели, краснела звезда,
Синели кремлёвские ели.
Заводы, машины, суда, поезда
Гудели, гудели, гудели…

Представим на мгновение, что в России вместо коммунистов победил бы какой ни будь крайний, карикатурный извод черносотенства, какие ни будь петлюровцы в косоворотках и смазанных сапогах – аналог итальянского, немецкого фашизма – вот тогда бы был позор русским как нации, вот это бы был позор! А еще пошли бы высшей расой соседей грабить…

И как же нужно зомбировать дурачков, что б к этому приравнять по отвратительности советский строй и интернационализм. И сыпать себе пепел на голову, - при том, что немцы, итальянцы чертовски собой довольны.

Мой миленок диссидент,
Он читает "Континент".
Завтра встану спозаранку,
Свезу дролю на Лубянку.

"Хоть горшком назови
хоть совком - не боюсь:
Я как мертвый, который
не ведает сраму.
А ночами мне снится
Советский Союз,
тот, где мама моя
моет вечную раму".

Инна Кабыш.

"А самый крупный эпизод торговли самиздатом (точнее, тамиздатом), о котором я знаю, относится еще к 1974 году, когда Звиад Гамсахурдиа с Мерабом Костава буквально чемоданами привозили в Москву «Архипелаг ГУЛАГ» - маленькие такие желтые томики почти карманного формата, что-то вроде копий зарубежного издания ИМКА-Пресс, выполненных на каком-то множительном устройстве и переплетенных, как кажется, в клеенчатую обложку. Они продавали эти томики, как сейчас помню, по 20 рублей штука (тогда это были большие деньги) и продали, наверное, несколько тысяч экземпляров. Звиад Константинович говорил, что создал в Грузии подпольную типографию".

А. Даниэль "Истоки и смысл советского самиздата"

Ламбада конца восьмидесятых - «История кончилась» и теперь «Здесь танцуют».
* * *
Как “Титаник” шел ко дну под звуки регтайма, так СССР в 91-ом, - под “Ламбаду”.
Мировой пошляк придавил-таки нас своей толстой задницей, да ею еще поелозил...

«Совок» - это когда все свое, - от самовязаных кофт до самостоятельного (не «евро») ремонта, - но главное, - самостоятельные мысли и чувства.

«Совку» противостоит «масса». Она его задавила, она его не любит, как не любят воспитанницы воскресных школ дикарей.

«Совок» и «масса», - вот противостояние. А не «совок» и «свободные, креативные личности». Последним противостоят реально талантливые люди, - но с ними как тягаться? Вот и самоутверждаются на «совке».

Посмотрел «Песни года» начала семидесятых и был фраппирован обилием кондовых песен про «Россию» и «русский народ». Именно, - не про патриотизм советский, а про «Русь». Совершенная экзотика, со всех точек зрения, - с современной и с точки зрения идеологии многонационального и интернационального Союза.

Объяснение одно: всерьез, без дураков готовились к войне с Китаем, войне не ядерных кнопок а «живых волн» и «Градов». (Иногда ужас властей прорывался в массы: «Война с Китаем будет. Неизбежно. И это будет страшная война» - министр обороны Гречко в 1975 году на закрытом совещании, - и по стране ВОЛНА истерических слухов). И, разумеется, раз опять, как и с немцами все должен был решать русский солдат (не грузинский же?) – нас и стали в соответствующем духе обрабатывать (помню, в школе слово родина нас учили писать с заглавной буквы – «Родина»).

Отсюда и песни и весь «ля Рюсс», - вынуждено, по примеру предвоенного Сталина. Соображали люди. Но войны не случилось, - а окраины озлобились на «березки», евреи обиделись – мы же остались с одной «предвоенной» идеологией и все пошло вразнос. Не будь войны в 1941-ом, может СССР и пятидесятые годы бы не пережил?

Сейчас цветет другая крайность – смердяковщина. Ею теперь ДРУГИЕ люди тоже пытаются страну СПАСТИ от «тормозящего» патриотизма, с тем же упорством, как ранее нас спасли от «космополитизма». Вот переживаемый момент, отсюда Майкл Джексон вместо Кобзона. В какой-то степени смердяковщина полезна, но дело в том что мы, уроды, меры не в чем не знаем – в этом вся проблема. Такие вот мысли при просмотре «Песня-72»

Самая знаменитая «фига в кармане» брежневской эпохи – «матерь всех фиг», стихотворение Семена Липкина "Союз" было создано им на волне эйфории от побед его народа в «семидневной войне». Говорят Голда Мейер плакала над ним – а его удалось напечатать в «Дне поэзии» за 1967 год и в журнале «Москва» на фоне нашего всесветного унижения того года.
Раздраженная власть не стала слушать оправданий Липкина, интеллектуально объяснявшего тупым аппаратчикам, что де «есть такой народ в южном Китае – «И», и что это про него…» и дала смельчаку по шапке – исключила из Союза Писателей.

СОЮЗ

Как отчаянье тепла в январе
Иль отчаянье воли у вьючных,
Так загадочней нет в словаре
Однобуквенных слов, однозвучных.

Есть одно — и ему лишь дано
Обуздать полновластно различья.
С ночью день сочетает оно,
Мир с войной и с паденьем величье.

В нем тревоги твои и мои,
И этом И — наш союз и подспорье.
Я узнал — в азиатском заморье
Есть народ по названию И.

Ты подумай: и смерть, и зачатье,
Будни детства, надела, двора,
Неприятие лжи и понятье
Состраданья, бесстрашья, добра,

И простор, и восторг, и унылость
Человеческой нашей семьи—
Все вместилось и мощно сроднилось
В этом маленьком племени И.

И когда в отчужденной кумирне
Приближается мать к алтарю,
Это я, — тем сильней и всемирной —
Вместе с ней о себе говорю.

Без союзов словарь онемеет,
И я знаю: сойдет с колеи,
Человечество жить не сумеет
Без народа по имени И.

1967

Что горевать о распаде Союза? - ведь гибель империй не трагедия их, а звездный час. Пенелоповым полотном история ткет их, лишь для того чтобы распустить. Македонская, Римская, Испанская, Британская, Российская - их трагедийный, мучительный “рост”, разве имеет он что нибудь общее с банальной “жизнью” обыкновенных стран? И их распад - не шаг ли это в вечную, настоящую жизнь, ради которой они и сами вытерпели, и другим принесли столько мук и страданий, жизнь, существо которой малые страны даже помыслить себе не могут?

Распад - не знак ли он того, что задача выполнена, корабль построен и спускается наконец на воду. Империи существуют для того, чтоб сохранить, выносить в своем чреве нечто важное, нужное, живое, и я верю - в декабре 91-го Россия не умерла - нет, - но начала свою новую, необыкновенную жизнь. Жизнь - оправдание всех своих неисчислимых грехов и жертв.

( Дальше )