![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
«Электроплохладительный кислотный тест»
Андрей Вознесенский:
…Ален Гинзберг, побывав у меня в гостях, уходя, оставил в номере на рояле таблетку ЛСД. Я просидел с этой таблеткой несколько часов, раздумывая, принять или нет. Сожрал все-таки. И моментально отключился. Потом пришли какие-то люди, надели на меня брюки, свитер, вывели на улицу. Я шел, безвольно поглощая окружающее. Свалился. И тогда я стал читать стихи. Сначала медленно, по складам. Начал с „Гойи”: „Я — Гойя! / Глазницы воронок мне выклевал ворог...” И пришел в себя. Потом психоаналитик говорил мне, что своими стихами я победил дьявольский инстинкт”
И вот это понравилось у нелюбимого поэта: “Повторяю: стихи диктуются мне свыше, и если мое мнение не совпадает с мнением мира, то прав я”.
…Ален Гинзберг, побывав у меня в гостях, уходя, оставил в номере на рояле таблетку ЛСД. Я просидел с этой таблеткой несколько часов, раздумывая, принять или нет. Сожрал все-таки. И моментально отключился. Потом пришли какие-то люди, надели на меня брюки, свитер, вывели на улицу. Я шел, безвольно поглощая окружающее. Свалился. И тогда я стал читать стихи. Сначала медленно, по складам. Начал с „Гойи”: „Я — Гойя! / Глазницы воронок мне выклевал ворог...” И пришел в себя. Потом психоаналитик говорил мне, что своими стихами я победил дьявольский инстинкт”
И вот это понравилось у нелюбимого поэта: “Повторяю: стихи диктуются мне свыше, и если мое мнение не совпадает с мнением мира, то прав я”.
А в чем? У Вулфа и Лири все именно таблетки жрут. Там такие миллионые доли грамма - что просто иначе нельзя